– Я дам тебе маяк. Когда будешь уверен, что рядом Саддам – надави, как следует на колпачок. И все.

– На колпачок?

– Протяни руку вперед.

Николай сделал, как велели. В руку легла ручка.

– Просто нажми изо всех сил. И всё.

– А дальше – что?

– Дальше по обстоятельствам, боец. Я тоже рискую. Удачи.

Николай понял, что это означает. Но приказ – есть приказ.

– А если будешь сомневаться – раздался в темноте голос куратора – помни, что в Коммунистической партии Ирака состояло двести тысяч членов. Из них не меньше семи тысяч в армии. Сейчас их осталось меньше пятидесяти. А в армии – ни одного. Так то.

За день перед парадом – его арестовали.

Приехал сын президента Кусей – молодой, с ломким еще голосом. С ним было несколько офицеров охраны. Николай отдал пистолет – другого выхода не было – и его посадили в машину. Стекла были изнутри замазаны краской.

Они ехали по Тикриту, уже взбудораженному появлением Раиса, их земляка. У дорог – стояли люди, сплошная цепь солдат Республиканской Гвардии сдерживала их. Куда они едут – было видно только через лобовое стекло – но Николай в любом случае не знал город.

Они въехали в очередные распахнутые ворота, машина остановилась. Здоровяк подошел, обыскал русского – словно не доверяя тем, кто уже обыскивал до него. Затем – он пошел вглубь сада… это был не президентский дворец, один из двух в Тикрите, родном городе Раиса. Остальные – двинулись за ним.

Саддам – был во дворе. Это был небольшой дворик, окруженный высоким забором, весь усаженный зеленью. Саддам стоял около белого куста роз, огромного и по-настоящему красивого.

– Моя мать – сказал он, не поворачиваясь – была очень хорошей женщиной. Пусть она была из простых крестьян, она хотела мне только добра. Когда я сказал, что хочу идти учиться, она благословила меня именем Аллаха.

…

– А мой отец избил меня…

Николай вспомнил, что отец Саддама – ему сказали об этом в контрразведке – сгинул в тюрьме и Саддама воспитывал отчим.

…

– В память о матери, я посадил куст роз в моем багдадском доме и ухаживаю за ним. Сам лично. Теперь я вижу такие же кусты во многих богатых домах моей страны…