С улицы, откуда они приехали, показалась еще одна машина, шведская Вольво. Она остановилась, перекрыв дорогу, в ней тоже были автоматчики. Один из стрелков – кинул на плечо трубу американского одноразового гранатомета.

Взревев – Тойота пошла назад. Впереди – ослепительно вспыхнуло – Скворцов понял, что налетчики взорвали головную машину конвоя из гранатомета и сейчас ударят по ним, по второй машине – как единственной, пытающейся спастись. Стрелка – гранатометчика он свалил, это спасло их – заряд гранатомета, пущенный по салону – ударил по капоту. Полыхнуло, капот вздыбился от удара, рухнуло внутрь принявшее на себя ударную волну и осколки лобовое стекло. Скворцову показалось на мгновение, что они погибли.

Двигатель работал. Хотя хвост внедорожника уже горел и был весь искорежен. Николай вывернул руль еще сильнее – и бронированная машина, набирая скорость, выскочила на тротуар. Потом – был треск, грохот и темнота

Потом – его дернули со спины, да с такой слоновьей силой, что чуть башка не оторвалась.

Это был иракский телохранитель Саддама, молчаливый здоровяк…

Тойота – была сделана очень удобно: два ряда сидений и лавки сзади, как в грузовой машине, было так просторно, как не было в советском РАФике. Саддам был еще жив, он что-то кричал, выхватив табанью – но его никто не слышал и не слушал. Телохранитель просто схватил его подмышки и потащил назад.

По машине – застучали автоматные пули, и в этот момент на них что-то обрушилось сверху, с треском и грохотом. До Скворцова вдруг дошло – рушится дом! Они въехали в дом – и одному Богу, а может – и черту известно, сколько в нем этажей. Будь машина не бронированной – она наверняка не выдержала бы, но этот внедорожник был бронирован.

Исмаил – ударил по бронированной дверце – и она не выдержала, открылась даже в переклиненном дверном проеме. Исмаил полез наружу, таща за собой Раиса. Ему было проще, Николаю же – пришлось перебираться через ряд сидений. Когда он только перебрался и упал в проем между первым и вторым рядом – кто-то, кто успел подскочить к самому внедорожнику, сунул внутрь ствол автомата и дал длинную, на весь магазин очередь. Пули – прошли выше, спинки сидений тоже были бронированные – но совсем рядом…

Николай дернулся – и вывалился из машины…

Это была какая-то лавка, закрытая по случаю торжеств. Уже тянуло дымом…

Исмаил – проворчал что-то из темноты, и Николай с трудом встал и поплелся на голос, чуть не падая. Надо было идти… любой ценой…

Исмаил и Саддам – были в задней части лавки. Саддам был цел – ни царапины. Только шептал что-то на арабском…