В замке строгие правила. Всех гостей инструктируют, как вести себя в присутствии королевы: нельзя вступать в разговор, можно только отвечать на ее вопросы и ни при каких обстоятельствах нельзя поворачиваться к королеве спиной.

В королевской семье тоже не порадовались поведению Шери Блэр. Им не понравился ее наряд. Они были огорчены ее отказом преклонить колено перед королевой. Королева познакомила Шери со своей дочерью Энн. Принцесса известна своей несдержанностью. Шери предложила называть ее просто по имени. Энн не собиралась вести светскую беседу с женой человека, который призывал лишить ее права на любимую забаву — охоту с собаками.

Принцесса холодно отказалась:

— Не стоит. Давайте оставим как есть, миссис Блэр.

Она отвернулась от Шери Блэр и подошла к кому-то другому.

Шери с изумлением наблюдала, как напивались члены королевской семьи. Она сама практически не пьет. А королева, видимо, исходила из того, что гостям будет скучно, если с небывалой регулярностью не подливать им в бокалы.

Блэры должны были ежегодно в сентябре бывать у королевы. Для Шери это было мучение. У Шери аллергия на шкуры и охотничьи трофеи. Как только она приезжала в замок, начиналась аллергия. Глаза слезились, из носа текло, голос садился. Шери пыталась лечить аллергию, обратилась к нетрадиционной медицине. Ездила к целителю, который давал ей стакан заряженной энергией воды. Не помогало.

«Ваш сын арестован!»

«Ваш сын арестован!»

Когда в ноябре 1999 года сообщили, что Шери Блэр ждет четвертого ребенка, это был огромный подарок для лейбористов и для аппарата премьер-министра. Его популярность достигла рекордного уровня.

Беременная Шери работала до последнего дня. За три часа до родов она еще произносила речь по трудовым спорам. Предыдущий ребенок, Кэтрин, появился на свет с помощью кесарева сечения. Шери уже исполнилось сорок пять, и врачи считали целесообразным повторить операцию. Но Шери хотела родить сама. Роды были долгими и трудными. Тони находился рядом в больнице, страшно переживал, боялся за жену. Мальчик появился на свет в половине первого ночи. Его назвали Лео — в честь отца Тони.

После рождения ребенка Шери быстро вернулась к юридической практике. Когда она уезжала из Лондона, Тони приходилось вставать ночью, если ребенок начинал плакать. А в шесть утра он уже опять принимался за работу. Он очень уставал.

Его помощники роптали: конечно, он ведет себя как современный муж, делит с женой все домашние обязанности, это достойно уважения, но все-таки он должен руководить страной. Тони помощников не слушал. Не давал себе поблажки. Его рабочий день продолжался шестнадцать часов с небольшими перерывами. Он никогда не терял контроля над собой, никогда не признавался команде, что очень устал.