– Мы поняли твое желание, – сказал Нажмуддин и обратился к собравшимся: – Что будем делать, братья?

– Пусть Жандар говорит, давайте послушаем его, – послышались голоса со всех сторон.

– Он человек военный, бывает среди таких же военных. Ему лучше знать, пусть говорит.

– Тебе слово, Жандар, пройди вперед, – пригласил его Нажмуддин.

Жандар прошел к тому месту, куда указал ведущий, и начал:

– Все вы умные и здравомыслящие люди. Знаете жизнь, да и мир повидали. Здесь собрались люди, как у нас говорят, съевшие столько соли, сколько я хлеба. Я ни в коем случае не думаю, будто вы не знаете, что нам следует делать. Но мне кажется, что вы все же кое-что упускаете из виду… У меня иногда создается впечатление, что мы, поставив какие-то очень далекие цели, пытаемся дойти до них одними только разговорами. Я понимаю – дать нашим детям образование, заботиться о них, в каком бы уголке земного шара они не находились, помочь им устроиться и занять свое место в любом обществе и в любой стране, – все это очень важно и нужно. Наши решения по этим вопросам я воспринял как дорогой подарок, преподнесенный мне лично. Я поддержал эти решения, буду поддерживать такое и впредь. Это работа, которая должна вестись постоянно и планомерно, не прерываясь даже на время… Но если мы не найдем сегодня способ предотвратить катастрофу, которая надвигается на чеченский народ, у нас не только не будет возможности помочь детям нашим учиться и устроиться в жизни, у нас и самих-то детей может не быть. Вы знаете этот мир, его законы, знакомы с мировым порядком, разбираетесь в политике, есть среди вас и люди науки. Я верю, что общими усилиями вы сможете провести народ через современные политические дебри, выберете для него правильный путь и сохраните чеченский этнос… Но, прежде всего, надо спасти этот народ от физического уничтожения. От истребления войной. Этим надо заняться сегодня же. Сейчас. Отодвинув на второй план все, что стоит в очереди, о которой ты говорил, Нажмуддин.

– Что же делать, Жандар, на данный момент мы не в состоянии предотвратить войну. Нет у нас таких сил, – невесело заметил Нажмуддин. – Не думаю, что кто-то в Чечне обладает такой возможностью.

Жандар замотал головой.

– Нет, Нажмуддин, мы просто еще всерьез не попытались выяснить, есть у нас такая сила или нет. Да если на то пошло, мы даже не предприняли ни одной серьезной попытки повлиять на ситуацию.

– Как это не предприняли ни одной попытки? Еще как пытались! Я, вон тот Зубайр и ты, разве не мы ходили к президенту? Разве ты не помнишь, что он нам ответил?