– Хорошо.

Степанов сделал вид, что собирается выйти из комнаты. Это был отвлекающий момент для Соколова. Когда тот поднял руки, надевая на себя нательную рубаху, капитан из всех сил ударил его в лицо. Тот сделал несколько неуверенных шагов назад и повалился на пол. Он навалился на противника всем своим телом и прижал его к полу, стараясь завести ему руку назад.

– Сука! – прохрипел Соколов, стараясь сбросить с себя противника.

Однако, все его попытки были полностью пресечены капитаном. Он сделал еще несколько попыток, а затем прекратил сопротивление. Степанов сковал его руки наручниками и, подняв его с пола, усадил на табурет.

– Мне нужен план минирования, – произнес, тяжело дыша, Степанов. – Ты слышишь меня, Соколов.

– Пошел, ты….

Он грубо выругался и с вызовом посмотрел на капитана.

– Ты, наверное, понял, кто я? Я капитан государственной безопасности Константин Воронцов.

Соколов сплюнул на пол и отвернулся, стараясь показать всем своим видом, что ему абсолютно безразлично кто перед ним стоит.

– Ничего, Соколов, заговоришь…. Теперь у тебя есть лишь один способ спасти себе жизнь, это все рассказать, а иначе…

Капитан не договорил. Без слов было ясно, что ожидало Соколова в отрицательном случае.

***

Козырев проснулся от какого-то внутреннего толчка. Рука его автоматически потянулась к лежавшему на тумбочке пистолету. Внутри его стало холодно и его стало немного потряхивать. Откинув в сторону одеяло, он на цыпочках подошел к окну. Отодвинув в сторону занавеску, он посмотрел на пустынный двор дома.

«Где дети? Почему их нет во дворе?», – размышлял он, продолжая рассматривать пустующий долг.

Он посмотрел на часы. В голове, словно маленький серенький кукушонок, стучал в голове, предупреждая Анатолия Кирилловича об опасности. Он передернул затвор пистолета и посмотрел на входную дверь. За ней явно слышался какой-то подозрительный шорох. Он снова посмотрел в окно, двор по-прежнему был пуст.

«Надо уходить, – решил он и стал быстро одеваться.

Входная дверь с грохотом распахнулась и три человека, одетых в гражданскую одежду, буквально влетели в прихожую. Козырев поднял пистолет. В комнате глухо хлопнул выстрел. Это выстрелил один из чекистов. Анатолий Кириллович втянул голову в плечи, физически ощущая, как на его голову посыпались мелкие кусочки штукатурки.

– Руки вверх! – выкрикнул мужчина, который только что стрелял в него.

Козырев бросил пистолет на пол и поднял руки.