— Не знаю, Ши. — не повелась Кэт — И проверить не смогу, мое сердце уже занято одним мужчиной. Так что не вздумай свернуть себе шею. Потому что я не знаю, как буду жить…

Майк Чердано, и вправду оказался толковым менеджером. Первое наше выступление состоялось в местечке Кунео, это почти на границе с Францией. Нас не то что не побили, но даже не очень были недовольны. И Майк заявил, что у группы огромный потенциал. Впервые здесь новичков не забросали помидорами, парни.

С другой стороны я решил, что раз мастерством и мега-вокалом похвастаться не удастся, то будем брать мощностью. И наше выступление было очень, очень громким.

Киловатта звуковой мощности, привычного для середины семидесятых, мы конечно не выдавали, но были близки. И одно это сделало нас достаточно модными на севере Италии.

Выступление в Турине у нас случилось в День Труда, то есть Первого Мая. Оно вышло не самым удачным. И все равно на концерт на окраине, на поле рядом с испытательным полигоном ФИАТ, пришла куча молодежи.

Вот тогда мне Майк и сказал, что мэр Турина, видный член итальянских коммунистов, дал ему контакты с чуваком из ЦК ИКП, что занимается организацией выборов и проведением мероприятий.

Второго Июня в День Республики, мы выступаем в Специи. Город на побережье, порт, и судостроительный центр. Объявившийся неделю назад Питер Готти, сообщил, что Антонио Джолитти выступит на митинге в поддержку мэра Специи, и будет на концерте, демонстрируя единение с молодежью.

За почти полтора месяца непрерывной гастроли, я проникся к артистам уважением. Выносить такую жизнь по году, каким бы комфортом тебя не окружали, сможет не всякий.

В общем, уже к середине мая я чувствовал себя оказавшимся в нескончаемом дне сурка. Объявившийся Готти, несколько скрасил однообразие. Посмеиваясь сообщил, что о группе Хордбрейкер уже говорят повсюду. А какие девушки толпятся возле вашего автобуса, Грин! Все твои? Или делишься с парнями? Я поморщился:

— Моя подружка, с ней сложно. Она их не одобрит.

Катарина, при первом же моем звонке в Мюнхен, меня расколола. Я забыл, что при подключении международной линии, между телефонистами сейчас идут какие то разговоры, которые она и услышала. Пришлось честно ей объяснить, что занят решением деликатных вопросов, от чего хочу держать ее подальше. И не волнуйся, не больше пяти любовниц за раз.

Но она мой трёп не поддержала. Сказала, что если я все ж сверну себе шею — между нами все кончено. И я почувствовал себя полным мудаком.

— Я не верил, Грин, что твой план имеет какой то смысл — между тем говорил Готти — из всей вашей компании ты выглядишь самым легкомысленным.