Женщина, спавшая на сене, открыла глаза и стала разглядывать Рутерфорда.

— Это моя жена, дочь Отако, — сказал белый вождь. — Она ни слова не понимает по-английски. Дети мои растут как настоящие новозеландцы и ничем не отличаются от прочих здешних детей. Только кожа у них немного светлее.

— А кто ты такой? — спросил Рутерфорд.

— Меня зовут Джеймс Маури. Я беглый австралийский каторжник.

Он пристально посмотрел на Рутерфорда, чтобы увидеть, какое впечатление произвело на него это признание. Но лицо Рутерфорда не изменилось. Тогда беглый каторжник продолжал:

— Я был английским ткачом. Мы работали вручную, каждый у себя на дому. Наша работа кормила нас, хотя мы были очень бедные люди. Но скоро купцы построили суконную фабрику. На этой фабрике поставили машины. Фабричное сукно стоило вдвое дешевле нашего. И никто не стал покупать наше сукно. Нечего стало есть. Моя дочка умерла от голода. Тогда мы, ткачи, собрались толпой, пошли на фабрику и сломали все проклятые машины. Нас арестовали и отправили в Австралию на каторжные работы. Три года я носил кандалы и мостил австралийские дороги. Наконец мне посчастливилось бежать, и я пробрался в Порт-Джексон. Там я поступил матросом на корабль. Наш корабль зашел в Новую Зеландию и остановился вот здесь, у этих берегов, в проливе Кука, чтобы набрать пресной воды и пограбить дикарей. Пока мы стояли на якоре, я поссорился с одним матросом, подлым и грубым человеком. Он знал мою тайну. Рассердившись на меня, он пошел к капитану и сказал ему, что я беглый каторжник. Капитан заявил, что, вернувшись в Австралию, он сдаст меня полиции. Тогда я бежал с корабля на берег и пришел в эту деревню. Отако принял меня очень ласково. Я живу здесь уже восемь лет, и это самые счастливые годы в моей жизни. Я не уеду отсюда, даже если мне пообещают полное прощение. Я ненавижу Англию!

— А как ты стал вождем, Джеймс Маури?

— Я отличился во многих боях. Отако очень любит меня. Он ничего не предпринимает без моего совета. Я здесь вроде первого министра. Веду всю политику и всю торговлю племени, заключаю союзы, объявляю войны. Впрочем, я человек миролюбивый и мир предпочитаю войне. Благодаря союзам, которые я заключил с нашими соседями, Таранаки теперь самое сильное племя на всем побережье пролива Кука. И, если бы не Сегюи, могущественнее нас не было бы никого на всем острове. Но против ружей Сегюи мы ничего поделать не можем…

— Скажи, Джеймс Маури, откуда у Сегюи ружья? — перебил его Рутерфорд.

— Их подарил ему английский король.

— Английский король?! Разве английский король был в Новой Зеландии?