Впрочем грандиозные ледяные махины нам еще предстояло увидеть с борта «Mercury» и прогулочных катеров. А пока мы ждали своего судна, сын поплавал на каяке по ледниковому озеру Менденхолл и полетал на одномоторном гидроплане над белыми горами, зеленой долиной и, как утверждают местные жители, самыми удивительными фиордами на земном шаре. Хозяин гидроплана, он же пилот, охотно передал ему в полете штурвал, и сын был в телячьем восторге от воздушной прогулки. Ни на то, ни на другое мы с мужем не отважились, а вот экскурсию к золотым приискам не пропустили.

Находясь так близко от Юкона и Клондайка, воспетого Джеком Лондоном, не увидеть их своими глазами, было бы преступлением перед собственным детством. Добираться нам предстояло не на собаках, тем более что и снега-то практически не было – весна как ни как, а в стареньком железнодорожном составе из городка Skagway, сохранившего за собой название «Ворота Клондайка». Поезд отошел от станции Whitehorse («Белая Лошадь»), служившей начальным пунктом (вернее конечным, куда свозили намытое на Клондайке золото) ж/дорожного пути через White Pass («Белый Перевал»), проложенного в 1900-м, в разгар Золотой лихорадки.

«Золотая узкоколейка», ее старинные поезда и станции поддерживаются в рабочем состоянии тоже исключительно для перевозки туристов. Все это, включая местный обслуживающий персонал, ну уж очень смахивает на аттракцион из Диснейленда. Да и непонятно, куда отправляют туристов, жаждущих увидеть золотые прииски, ведь все верхнее течение реки Юкон, вместе со знаменитым Клондайком, находится на территории Канады.

От бродящего из вагона в вагон гида узнаём, что на территорию Канады нас-таки пропустят и покажут горнорудный городок. Более того, каждому участнику тура вручат мешочек с золотоносным песком, чтоб сам намыл и ощутил себя старателем. «Золото гарантировано!» (Надо понимать, его туда подсыпают, чтоб не разочаровывать туриста, который тут дороже золота.)

Поезд натужно взбирается в горы. Сначала далеко внизу виден океан, потом только горы и глубокое ущелье, которое узкоколейка как бы окантовывает по склону. Будто безмолвные стражи этих вновь одичавших мест, замерли вдоль дороги стометровые ели. Ландшафты сумасшедшие. Высоченный водопад, низвергающийся по скалам в пропасть, а над пропастью ажурный металлический мост. Невозможно даже представить, как его умудрились перекинуть через бездну на такой высоте.

Первая остановка у «Кладбища Золотой лихорадки», на берегу горной речки. Кладбище-музей, как печальное напоминание о суровой действительности тех лет. Здесь, под неухоженными, покосившимися крестами и плитами лежат искатели счастья, ставшие жертвами насильственной смерти, ни один из них не дожил до 40 лет.