Вулкан так высок, что по мере подъема по его склонам можно повстречаться с разными климатическими поясами – от тропических влажных лесов до голой пустыни, а в промежутке попасть в заросли ежевики и дикой сливы, в перелески секвой, эвкалиптов, сандала. В зимние месяцы многострадальная, разорванная в клочья и залитая лавой глава Халеакала покрывается снегом – явление суперэкзотичное для здешнего вечного лета. Это один из самых крупных в мире кратеров (49 кв. км), больше похожий на кальдеру.

Первым европейцем, побывавшим в нем в 1778 году (всего за 12 лет до последнего извержения), был Джеймс Кук. Кратер воспет многократно поэтами и писателями, запечатлен поколениями живописцев, исхожен вдоль и поперек туристами – 48 км троп и маршрутов буквально опутывают его. Часть троп пролегает через сгустки лавы. Вулкан почти всегда увенчан облаком, которое надевается на него, как корона, ниже вершины. Так что гуляющие по кратеру оказываются, в буквальном смысле, в заоблачной выси.

«Халеакала несет особое послание душе человека, – писал Джек Лондон, – послание такой красоты и чудодейственной силы, что из вторых рук его получить просто нельзя.» Марк Твен тоже побывал на Мауи, прожил на острове почти месяц, не написав ни строчки, что красноречивее любых слов.

Сейчас в кратере растут леса, в которых прячутся дикие свиньи и гнездятся птицы, мирно зеленеют луга, на озере плавают дикие утки. Обнаженные участки, усеяны, как нарывами, мелкими кратерами. Из-под накинутого временем зеленого или песчаного покрывала то тут, то там проступают нагромождения красно-буро-черной лавы. Туристов предупреждают: одевайте закрытые кроссовки, если не хотите изранить в кровь ноги.

Лава повсюду – от кратера до берегов океана, где волны штормов и прибоя держат эти вулканические пейзажи в их первозданном виде – острые сколы, покрывающие пляж или обкатанная уже прибоем черная галька, черные вулканические пески. Это даже не дикость и не суровость ландшафтов, это нечто большее – пугающее и грозное предостережение о том, что земля, которую мы бесцеремонно попираем и эксплуатируем, совсем не так беззащитна и безобидна, как нам кажется.

С дремлющим гигантом мирно соседствуют люди, прильнув к нему крохотными селениями, фермами, курортами. Повсюду ананасовые поля, манговые рощи, заросли папайи и авокадо. По острову курсирует единственный паровоз, связывающий его центральный город Лахайна с другими населенными пунктами.

Стремясь, видимо, оградить себя от вездесущих туристов, везде сующих нос и все желающих испробовать на зуб, жители острова, в основном хозяева богатых вилл, не скупятся на бесчисленные таблички-предостережения, типа: «Keep out!», «No trespassing», «Private property», «No entry», «Beware of dog» и т. д. Они попадаются повсеместно, стоит незадачливому путнику сойти с проторенной туристической тропы.