— Ваше величество, ее величество Полина-Иоанна!

Полина почти ворвалась в кабинет — глаза ее сияли. За спиной своей королевы Демьян разглядел взволнованных придворных дам во главе с леди Мириам, но дверь закрылась. Видно было, что Полина успела забежать в покои, переодеться в светлые брюки и блузку, заплести волосы в традиционную женскую прическу — две косы вокруг головы. Очевидно, ей хотелось броситься ему навстречу, но она застыла на входе, выпрямившись и улыбаясь, и только подрагивающие ноздри показывали, как ей тяжело дается следование этикету.

Демьян поднялся, — присутствующие тоже встали, склонили головы, — а он пошел к ней, поцеловал руку, коснулся губами губ.

— Я так рада, — шепнула она с нежностью.

— И я, — не покривил он душой. — Хотя это я должен был встречать твое пробуждение. Прости, заработался. Присоединишься? Нужно закончить, Полина.

— Конечно, — сказала она с живым любопытством и проследовала за ним во главу стола.

Совещание закончилось. Все это время Полина слушала внимательно, безо всякого нетерпения и нервозности, не поворачиваясь к Демьяну, но он явственно ощущал то восторженное тепло, которым она окутывала его каждую их встречу. Бермонт подождал, пока выйдут министры, встал. Как только за последним захлопнулась дверь, Полина уселась на стол, потянулась к его величеству поцеловать — и все дела и разговоры вылетели из его головы. Они долго бы целовались, наверняка нарушая несколько бермонтских традиций сразу, если бы в дверь не постучали.

— Барон фон Съедентент проснулся, — доложил Свенсен, с должной выдержкой не обращая внимания на раскрасневшуюся монаршью чету. — Говорит, что необходимо поесть, и он готов отправляться обратно. Ему уже накрывают обед.

— Благодарю, Хиль, — кивнул Демьян. — Тогда мы с супругой тоже успеем пообщаться за трапезой.

Свенсен поклонился и вышел.

— Барон здесь? — удивилась Полина, заглядывая мужу в глаза. Руки ее ожили — поглаживая его по груди, по плечам, без всякого чувственного контекста. Просто ей было приятно его касаться.

— Мне нужно было подпитать алтарный камень, — объяснил Демьян, вновь обнимая ее. — Фон Съедентент — один из немногих, кто в нынешнее время способен открывать устойчивые Зеркала. Пришлось его рекрутировать. И вот, — он достал из ящика письмо, — это тебе.

— Значит, ты был в часовне… — пробормотала она рассеянно, пробегая взглядом по строчкам. По мере чтения она улыбалась все сильнее, подняла взгляд на него и не выдержала, засмеялась.

Он не удивился — Поля часто реагировала неожиданно.

— Знаешь, каково это — единственной во всем мире знать, какой ты на самом деле романтичный, Демьян?