Персидский шах сдержал слово. Мухаммед Шейбани подвергся с тылу удару киргизов, которые нанесли поражение его сыну Мухаммед Тимуру[254]. Воспользовавшись этим отвлекающим ударом, шах Исмаил вторгся в Хорасан и вошел – как поклялся – в Мешхед. Мухаммед Шейбани, ждавший его в Мерве, был побежден и убит возле этого города 2 декабря 1510 г.

Эта победа имела широкий резонанс на Востоке. Восстановитель иранской независимости убивает восстановителя могущества Чингизидов, наследник великих сасадинских царей побеждает и отправляет на смерть потомка Чингисхана – это говорило, что времена изменились, что после стольких веков пережитых вторжений оседлый житель начинает брать реванш над кочевником, культура – над степью. Легенда утверждает, что персидский монарх – символ этого реванша – приказал сделать из черепа шейбанидского хана чашу и, как новый вызов, отправил кожу с его головы, набив ее соломой, другому тюркскому монарху – османскому султану Баязиду II.

Казалось, династии Шейбанидов и узбекской державе пришел конец. Примчался наследник Тимуридов Бабур, будущий император Индии, который после своего изгнания из Трансоксианы выкроил себе небольшое королевство в Кабуле, и с помощью войск, предоставленных ему шахом Исмаилом, триумфатором вошел в Самарканд (октябрь 1511 г.). После Самарканда свои ворота ему открыла Бухара, тогда как узбеки отступили до Ташкента. Тимуридская реставрация в Трансоксиане, подкрепившая иранскую реставрацию в Хорасане, казалась полной. Но тут для Бабура начались непредвиденные сложности. Персы, у которых он просил помощи и чей сюзеренитет над собой он признал, были шиитами. Население Бухары и Самарканда, твердые приверженцы суннизма, упрекало его за союз с «еретиками» и отшатнулось от него: религиозные предпочтения взяли верх над тимуридским лоялизмом. Воспользовавшись этими религиозными раздорами, вернулись узбеки. Персидский военачальник Неджм Сани и Бабур дали им большое сражение при Хаджидаване, севернее Бухары (12 декабря 1312 г.), но были побеждены, а Неджм убит. Бабур, окончательно отказавшись от Трансоксианы, удалился в свое Кабульское королевство, где выжидал момента, когда отправится на завоевание Индии, что произойдет семь лет спустя.

Бухара, Самарканд и вся Трансоксиана вернулись под власть узбеков. Амударья стала границей между сефевидским Ираном и узбекским ханством, как некогда была ею между сасанидским Ираном и гуннскими ордами.

Реставрированная таким образом семья Шейбанидов царствовала в Трансоксиане целый век – с 1500 по 1599 г. Главной столицей считался Самарканд, но Бухара часто отдавалась в удел либо членам правящей династии, не менее влиятельным, чем сам хан, либо объявленным наследникам престола. В Ташкенте также правили свои местные Шейбаниды. Эта династия, монгольская по происхождению, но полностью тюркизированная по языку и культуре, разделилась на ряд измельчавших ветвей, как прежде Тимуриды. Однако, в отличие от Тимуридов, она сумела сохранить хотя бы минимальное единство перед лицом внешнего врага.