Власть Абул-Хайра достигла апогея; его держава раскинулась от окрестностей Тобольска до Сырдарьи, когда, приблизительно в 1456–1457 гг. он был внезапно атакован ойратами, или калмыками, то есть восточными монголами. Ойраты, как мы увидим дальше, владели огромной территорией, включавшей Большой Алтай и Хангайские горы от Тарбагатая и Джунгарии до юго-западного берега озера Байкал через районы Черного Иртыша, Урунгу, Кобдо, Улясутая, истоки Селенги и Косогол. В то время, когда их экспансия была в самом разгаре, они отправляли свои банды на грабеж как пригородов Пекина, так и Восточного Туркестана. Абул-Хайр, разбитый ими в крупном сражении, вынужден был бежать в Сыгнак и позволить им опустошить весь северный берег Средней Сыдарьи (1456–1457).

Поражение сильно поколебало авторитет Абул-Хайра. Двое вассальных вождей, происходивших, как и он, из дома Джучи, Керей и Джанибек, покинули его, чтобы попросить земель у чагатайского хана Есен-буги II, который поселил их в пограничных областях Моголистана. В последующие годы, приблизительно 1465–1466, большое число кочевых кланов, до того времени подданных Абул-Хайра, оставили его, чтобы присоединиться к Керею и Джанибеку и, как и они, жить независимо. Эти кочевники, окончательно отделившиеся от узбекского ханства, стали известны под именем кайсаков («авантюристов», «мятежников») или киргиз-кайсаков, которым мы с этого момента и будем их называть[252]. Их отделение стало значительным историческим событием, что становится понятным, если посмотреть на размер территории, которую вскоре они заняли и в которой до сих пор проживают их потомки: территория Средней Орды, то есть степи между Актюбинском и Семипалатинском, территория Младшей Орды между устьем реки Урал и Сарысу, и территория Старшей Орды между городом Туркестан и южными берегами озера Балхаш[253]. Абул-Хайр был убит в 1468 г. (точную дату установил Бартольд) в последней битве против киргиз-кайсаков, которых пытался вернуть к покорности. Приблизительно три года спустя чагатайский хан Моголистана, Юнус, окончательно рассеял узбеков-лоялистов. А отколовшиеся узбеки, то есть киргиз-кайсаки, создали в степи чисто кочевое государство, управлявшееся после смерти их первых вождей сыновьями последних: Бурундуком, сыном Керея (ок. 1488-1509) и Касымом (ок. 1509–1518). В какой-то момент Касым попытался захватить Ташкент, но после неудачи набега больше своих попыток не повторял. В жизни это был законченный классический тип кочевника, о чем он сам сообщил в любопытной речи, переданной Хайдар-мирзой: «Мы люди степи, все наше богатство заключается в лошадях; их мясо – наша любимая пища, кобылье молоко – наш лучший напиток. У нас нет домов. Наше любимое развлечение – осматривать наши стада и лошадиные табуны».