Я ожидал взрыва насмешек, но ничего подобного не произошло. Позже я нечаянно услышал разговор шепотом между двумя койками.

«Ты как, волнуешься?»

«С чего бы это я стал волноваться? Какая разница, куда они нас посылают, не так ли?»

«Да ладно тебе, признайся хотя бы сам себе. Ты думаешь, я ни о чем не догадываюсь, когда ты бродишь тут как шлюха в трансе? Тебе этого не светит на это Рождество, приятель, но ты не беспокойся — твоя подружка не останется внакладе. Она прехорошенькая. Ее киска паутиной не зарастет».

***

На следующий день настроение в кубрике старшин стало унылым. Цайтлер и Френссен попробовали было запустить несколько витиеватых замечаний, но тщетно. Перепалка между койками стихла, и даже Дориан погрузился в свои мысли. Все осознали трудности, которые ожидали нас впереди.

Командир выждал до обеда, чтобы озвучить свои соображения — как проникнуть через Гибралтарский пролив. Он сделал это в своей обычной выматывающей душу манере. Как будто он в первый раз собирал в кучку свои мысли по этому вопросу — будто бы он не провел уже долгие часы в размышлениях и разработке плана, исправляя его, взвешивая и оценивая шансы за и против.

«Мы войдем под покровом темноты — подойдем в надводном положении насколько возможно ближе. Наверняка будет много посудин, от которых придется отворачивать».

Посудины — это значит эсминцы и патрульные катера, добавил я втихую.

«Затем мы просто погрузимся и продрейфуем через пролив».

Я удержался от восклицания и постарался выглядеть так, будто все понял. Продрейфовать — ну разумеется, это ведь самый новый способ.

Командир смотрел куда-то в пространство. Его молчание означало, что он исчерпал свои запасы информации.

Дрейф… Не самый привлекательный из терминов, подумал я. Само звучание этого слова производило в моем желудке сосущее ощущение, но кто я такой, чтобы оспаривать постановление Дельфийского Оракула?

Второй помощник, чье владение выражением лица было менее эффективным, чем у меня, моргнул несколько раз, как будто на него напал нервный тик. Казалось, он задает вопрос Командиру своими ресницами.

Командир же просто откинулся назад и две-три минуты изучал подволок.

«Дело в том, что в проливе есть два течения — поверхностное течение, которое направлено из Атлантического океана в Средиземное море, и глубинное противотечение, которое идет в обратном направлении». Он выпятил нижнюю губу и сидел так, уставившись в стол. «Довольно сильное течение», — добавил он. Слова были брошены нам, как кость, которую мы должны были теперь грызть.

Нет ничего проще: мы погрузимся и позволим поверхностному течению пронести нас через пролив безо всякого шума и с минимальным расходом топлива или ампер-часов. Легко и просто, если вы знаете, как это делать!