В гостинице услужливый портье быстро определил, что я не босяк с улицы, поэтому сразу выделил неплохой номер на втором этаже, выходящий окнами на улицу. Разместившись с Макаром, я отправил Федора обратно к Антохе, и, помывшись, завалился спать с теплой мыслью, что информация обо мне уже утром уйдет местным силовикам. Что-что, а агентурная сеть здесь работала достаточно эффективно. Поэтому, когда утром мы с Макаром на извозчике поехали на вокзал покупать билеты, я почти сразу с некоторым удовлетворением срисовал простенькую наружку. Пожилой аккуратный дяденька, с невыразительной внешностью, с болезненным выражением лица постоянно следовал за нами. Если б нас взяли в более глубокую разработку, то задействовали профессионалов более высокого уровня, причем несколько сменяемых групп, и наблюдение было бы намного труднее обнаружить. А тут – ну просто профилактическая мера, присмотреться к англичанину, вдруг что и выплывет.

Макар купил билеты до Орла для нас двоих первым классом, чуть позже подъехал Федор и прикупил еще два билета для себя и для Антона третьим классом, чтоб нас не срисовали группой, зачем лишние подозрения.

Мы с Макаром гуляли до обеда, потом перекусили в небольшом ресторанчике. Некое несоблюдение субординации, когда хозяин и слуга не могут сидеть за одним столом, мы компенсировали, как это говорится, не очень высоким статусом заведения, да и многое списывалось на мое иностранное происхождение. Один хрен, поборник правил, попытался сделать замечание, на что я с трудом удержался, чтоб не нахамить или не ответить, что это мой любовник, а на ломаном русском ответил «компаньон, охранник». А это уже совершенно другой статус. Кстати, наш «хвостик» был тоже в ресторанчике, но сидел за два столика в гордом одиночестве и читал газету и давился чашкой кофе, видимо, на оперативные расходы выделялось очень мало средств. И тут я с трудом подавил желание прикупить ему какую-нибудь вкусняшку, вспомнив свою службу, когда на выезде на прослушке сидели сутками и жрали всякую гадость, лишь бы прибить чувство голода.

До поезда были сутки, поэтому я наметил себе культурную программу по осмотру достопримечательностей и их обязательному фотографированию. Но, выйдя утром, к своему удивлению, снова срисовал наружку, значит, нас все еще вели, ну и ладно. Включим воображение.

Немного погуляв по городу, набравшись наглости, подошел к городовому, который пристально наблюдал за моей персоной, и опять на ломаном русском поинтересовался, как можно добраться до Красной площади и посмотреть Кремль.