– В Великобритании был такой профессор математики, весьма талантливый, но он больше отличился как создатель уникального и разветвленного преступного сообщества. Как паук опутал всю страну, дошел даже до королевской семьи. Везде свои люди, информаторы, должники, где подкупом, где шантажом, ну а где клинком, убирая фигуру, чтоб поставить своего человека.

– Ого, – удивился Плеве, – никогда о таком не слышал.

Катран опять как-то странно усмехнулся.

– Как-же бриты признаются, что половина высшего света была под колпаком у преступного авторитета. Когда Скотланд-Ярд все это раскопал, то все сразу засекретили, а фигурантов расследования тихо уничтожили, а тех, кто занимался расследованием, просто сплавили в колонии. Может, когда-нибудь какой-нибудь писатель в форме сказки это все выдаст, чтоб потомки знали, чего нужно бояться, но, думаю, это будет не скоро.

– Познавательно, и ваша аналогия очень понятна, но что вы говорили про то, что вам не нравится? Князь вам доверяет, да и ваше чутье спасло уже много жизней, поэтому просто так отмахиваться от мнения столь информированного человека с моей стороны будет очень неразумно.

– Хорошо. Допустим, мы взяли агента, не рядового, способного, имеющего за собой кровавый след. Думаю, если пройтись по картотекам, вы на эту девочку найдете много чего интересного, ну не могла такая не наследить, не с улицы же ее брали и не по объявлению о найме в газете.

– Допустим. И?.. – не выдержал Плеве.

– Подумайте, нам в руки попался… не то чтобы унтер-офицер, ну скорее, наверное, прапорщик, но не выше, это если судить по аналогии с преступной иерархией, и сообщает нам о будущем сражении, описывая особо важные, критически важные детали, которые знают только командующий и его штаб. Вас это не настораживает?

Это при условии, что командующий очень изворотливый и пока не делал ошибок.

– …В ваших словах есть, конечно, резон, хотя часто бывало, что вот такие случайные свидетели и выдавали большие тайны.

– Бывало, но это в простых войсках, где о режиме секретности думают в самую последнюю очередь. Но это абсолютно не касается нашего оппонента, который трижды перестрахуется и, как ящерица, без раздумий отсечет хвосты.

– Согласен. Ваши предположения?

– Очень похоже, что нам подсунули «ваньку».

– Чего? Что за «ванька»? – воскликнул Плеве, видя интерес даже у князя, понимая, что и для него это новость, а значит, умозаключение Катрана это импровизация. Именно вот в таких ситуациях, когда люде говорят от себя, а не заготовленный текст, можно многое сказать о человеке. И этот необычный человек его не разочаровал.