ПриключенияВторая Пуническая войнастр 319
Светлый фон
Никто не отрицает, что Публий был благожелателен и великодушен; но что он был проницателен и осторожен, что с напряженным вниманием следил за осуществлением задуманного плана, это может признать тот только, кто постоянно находился при нем и вблизи наблюдал его образ действий. Одним из таких людей был Гай Лелий; с юных лет и до самой смерти он участвовал во всех предприятиях Публия и знал все его планы. Он-то и сообщил нам такое представление об этом человеке, ибо речи его казались нам заслуживающими веры и соответствующими делам Публия С большими еще подробностями я слышал это от Масиниссы…

5. Штурм Нового Карфагена

5. Штурм Нового Карфагена

Прибыв в Таррагону, Сципион занялся сбором сведений о противнике. Ещё в Риме Публий тщательно проанализировал ситуацию на Иберийском полуострове, получив некоторую информацию от военных, побывавших в Испании. Он понимал, что стратегия отца и дяди, отказавшихся от прямых ударов по карфагенским владениям и сосредоточивших всё внимание на борьбе за союзников, в итоге завела их в тупик. А когда братья Сципионы всё же перешли к решительным действиям, то, приступив к столь сложной операции без должной подготовки, потерпели поражение. Дело же, задуманное Публием, было гораздо сложнее и требовало как точного расчета, так и филигранного исполнения. При этом в предстоящей операции присутствовали элементы осознанного риска, на который командующий пошел осознанно. О плане будущей кампании Сципион никому не говорил, за исключением своего друга Гая Лелия. Лелий командовал флотом, и от того, как он справится со своими обязанностями, зависело очень многое. Потому что задумал Публий нанести удар по Новому Карфагену и одним ударом изменить стратегическую ситуацию в Испании в пользу римлян.

В штаб Сципиона стекалась масса различных сведений, получаемых из разных концов Иберийского полуострова. Командующий знал о том, что карфагенские военачальники после победы над его отцом и дядей переругались друг с другом и отказались от совместного ведения боевых действий. Пунийские армии разошлись в разные стороны, и теперь Магон находился в землях племени кониев, его брат Гасдрубал осаждал какой-то город в землях карпетанов, а Гасдрубал, сын Гискона, пополнял свою потрепанную армию в Лузитании[71], расположившись лагерем в устье реки Тага. Каждой из пунийских армий от места её дислокации до Нового Карфагена было десять дней пути. За этот короткий срок римляне должны овладеть городом.

Сципион не случайно избрал своей главной целью столицу Баркидов, из поражений отца и дяди молодой человек сделал правильные и далеко идущие выводы. Он не видел никакого смысла гоняться за карфагенскими армиями по всей Испании, поскольку в критической ситуации вражеские полководцы могли отбросить в сторону разногласия и прийти на помощь друг другу. В этом случае Публий Корнелий рисковал повторить судьбу отца, которому пришлось сражаться против двух карфагенских армий, отрядов Индибилиса и кавалерии Масиниссы. Зато в случае захвата Нового Карфагена, он лишал пунийцев их главной военной базы на Иберийском полуострове. В городе были собраны огромные запасы оружия, воинского снаряжения и продовольствия, хранились большие суммы денег и содержались испанские заложники. Удобные гавани служили надежным укрытием для многочисленных кораблей и позволяли карфагенскому флоту контролировать побережье Испании. Именно из Нового Карфагена шли суда в Африку и возвращались обратно с подкреплениями для действующих армий. Это был едва ли не единственный город, обладающий такими удобными гаванями на Средиземноморском побережье Иберийского полуострова. Значение Нового Карфагена трудно было переоценить. Можно сказать (и это не будет преувеличением), что именно на нем держалось господство карфагенян в Испании. Дальнейшие события это подтвердили со всей очевидностью.