Согласно дальнейшему изложению Ливия, весь следующий день Ганнибал отсиживался за укреплениями, а Нерон регулярно выводил войска на равнину и пытался прорваться во вражеский лагерь. В течение нескольких суток карфагенский полководец ничего не предпринимал, но однажды ночью незаметно вывел армию из лагеря и ушел в сторону Венузия. Оставленные в лагере нумидийцы сновали между кострами и рядами палаток, всячески шумели и создавали картину присутствия карфагенян на месте. Когда же римляне подошли к карфагенским укреплениям, то нумидийцы высыпали на вал и всячески демонстрировали желание сразиться с врагом. Нерон осторожничал и выжидал, но, пока легионы топтались на месте, африканцы спокойно покинули лагерь и ушли следом за главной армией. Воцарилась подозрительная тишина, и встревоженный консул на рассвете отправил нескольких человек в разведку. И только убедившись, что вражеский лагерь действительно пуст, он ввел в него войска. Однако немедленно организовать преследование отступавшей армии Ганнибала не получилось. Очередная задержка была вызвана тем, что римляне искали в брошенных карфагенских палатках добычу, а Нерон им не препятствовал. И только на следующий день легионы устремились в погоню за пунийцами и настигли их в окрестностях Венузия.
Тит Ливий пишет о том, что здесь произошла некая «
Выводы можно сделать следующие: Нерону удалось несколькими сражениями сковать армию Ганнибала и навязать противнику свою тактику ведения войны. Увязнув в боях местного значения, карфагенский полководец был вынужден отложить поход в Центральную Италию до лучших времен и предоставить Гасдрубала собственной судьбе. Гай Клавдий проявил себя молодцом, грамотно разобрался в стратегической ситуации и контролировал каждое движение вражеской армии, совершенно лишив противника свободы маневра. Вот что главное в рассказе Тита Ливия, а не басни о тысячах убитых карфагенян.