— Но вы слыхали обо мне. Топнамбо меня звали.

— Господа Топнамбо иногда упоминали о негодяе по имени Кемп, который пытался проникнуть в их общество.

— Но вы знаете, что я жил на острове, — поймал его я.

— Вы хотите сказать, что вы там появлялись, к сожалению, очевидно ненадолго, а то мы бы вас поймали. Но негодяй Рамон помог вам удрать.

— Вы слышали о моем зяте, Руксби?

— Никогда не слыхал, — небрежно бросил он.

— А об его управляющем, мистере Макдональде?

Милое старое лицо миссис Макдональд всплыло перед моими глазами.

— О да, о них я слыхал. Дядя — отвратительный старый шотландский бунтовщик. Хортон-Пен был центром сепарационистов. Старика тоже следовало повесить, не говоря уже о его племяннике, злобном клеветнике. Он поносил всех честных людей. Он был вашим агентом тоже. Мы все знаем, не беспокойтесь!

— Все это ерунда, — махнул я рукой. — Скажите лучше, что вы знаете обо мне?

— О вас? — фыркнул он. — Знаю, что вы явились неизвестно откуда, назвались сыном графа, пытаясь проникнуть в лучшее общество, как например… э-э-э… к моим друзьям Топнамбо, но они вас и знать не желали, и тогда вы уединились; никто вас не видел, очевидно, вас на острове не было. А потом вы пытались вместе с этим горбатым клеветником, Дэвидом Макдональдом убить меня и адмирала и мистера Топнамбо, ночью, когда мы ехали с бала. А потом ваш агент Рамон помог вам бежать, прежде чем мы успели вас арестовать. Вы исчезли с острова окончательно.

Я не сдавался. Я цеплялся за каждое его слово, я должен был его поймать!

— Вы сами покупали у старого Рамона контрабандные товары для адмирала, а его фрегаты отвозили их тайком в Кей-Вест.

— Это ложь, клевета, клянусь честью! — сказал он.

— Неправда! Вы купили у Рамона больше ста мешков подмоченного кофе за триста фунтов!

Глаза его забегали. Он вдруг посмотрел на прокурора и выпрямился.

— Никогда в жизни я ничего не покупал!

Я потерял терпение и изо всей силы стукнул кулаком по перегородке, утыканной гвоздями. Я был так взбешен, что не заметил как гвоздь вошел в мясо и кровь закапала на пол.

— Лжец! — заорал я. — Рамон сам мне говорил!

— Да, с Рамоном вы были друзьями, — ухмыльнулся он.