— Ты что, Джокия, не доверяешь мне?

— Ты знаешь, как любил вашу семью мой покойный отец. Ни ты, ни твои родители не должны сомневаться в моей преданности. К тому же, ты гость моего дома и я не пожалею себя ради гостя, но... если это может погубить других... — Он опустил голову.

— Одним словом — не веришь мне, Джокия? — В словах Вагана звучала обида.

— Я тебе верю, как самому себе, но ты пойми, какая-нибудь случайность — и могут погибнуть хорошие люди. Я окажусь предателем, и тогда мне не жить на этом свете. Ты же знаешь, как у нас относятся к предателям и как сочувствуют людям, попавшим в беду.

— Так ты знаешь, где находится Дата? — вскрикнул Ваган.

Джокия чувствовал себя как между двух огней. Очень трудно ему было отказать своему побратиму, но он не считал себя вправе ставить под удар Дата и его друзей.

— Знаю, Ваган, но не проси, чтобы я повел тебя к нему, — сказал Джокия, не глядя в глаза другу. — Не могу. Раньше, может быть, я бы и не колебался, но совсем недавно Дата едва не погиб. И предал его — кто бы ты думал — близкий ему человек, которого подкупили Тория и Арачемия. Разве я могу допустить, чтобы Дата рисковал еще раз?

— Что ты говоришь? Как это случилось? — встревожился Ваган.

— Ты ничего не знаешь?

— Ничего.

— Тогда завтра все расскажу, и ты убедишься, что я прав. — Джокия поднялся.

— Почему завтра, а не сегодня?

— Сегодня не до этого. Нас ждут. У нас гость — большая радость для хозяина и для всей деревни. Люди хотят выпить за твое здоровье.

...Во дворе в самом деле собрались сельчане. Под дубом играли на чонгури, и несколько человек негромко пели. На веранде молодежь играла в нарды. Перед кухней висел только что освежеванный теленок. Под открытым небом в огромных котлах варили коровье мясо и разрезанного на четыре части козленка. На кухне бойко стучали ступки.

Хозяин ввел гостя в маленькую комнату, показал на приготовленную постель.

— Отдохни, — сказал он, — а когда накроют на стол, я тебя разбужу.

Глава двадцать третья ЭТОТ ТОСТ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ТЕБЕ

Глава двадцать третья

ЭТОТ ТОСТ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ТЕБЕ

Когда Ваган проснулся, солнце уже стояло высоко. В доме было тихо. Он выглянул в открытую дверь, увидел стол, за которым ночью пировало человек сорок. Болела голова — выпить пришлось много: нельзя было обидеть радушных хозяев, с таким почетом принявших его.