Гвардейцы подскочили к берегу.

— Человек?

— Кто видел?

— Откуда упал? — запыхавшись от бега, спрашивали гвардейцы у матросов «Цхенисцкали», стоявших на палубе своего катера.

— Человек, в самом деле человек, — убежденно твердил Сесирква. — Все мы ясно видели высокого мужчину. Он бежал, пошатываясь....

— ...Стал у пристани, оглянулся и прямо в море... — добавил другой.

— Он был ранен? — спросил высокий гвардеец.

— Ну, как мы могли разобрать в такой темноте?! — отвечал Сесирква.

— Откуда прыгнул?

— Оттуда, где вы теперь стоите!

— Что же дальше? Утонул? — не отставал гвардеец.

— Саженей десять проплыл, по-моему, а дальше я его уже не видел. Может быть, и утонул.

К гвардейцам прибавилась портовая охрана. Прибежали и милиционеры. С катеров, больших судов и из лодок выходили на берег матросы.

Англичанина увезли в больницу. Никто не сомневался, что раненый преступник утонул.

— Хорошо сделал. Мучения, потом расстрел... Нет, так лучше, конечно.

— Зря погубили человека, — слышалось в толпе.

Сесирква и его товарищей без конца расспрашивали, как и в каком месте прыгнул в море незнакомец. Как был одет, какого роста, в самом деле спотыкался или шел нормально.

По показаниям матросов установили: тот, кто прыгнул в воду, был высокого роста, в черкеске. Не кто иной, как отхвативший англичанину ногу горец.

Приказали приняться за поиски утонувшего.

«Вдруг найдут наш мешок с камнями, и попадем под подозрение, — поделился Сесирква с товарищами тревогой. — Впрочем, под водой чего только не найдешь, какое нам до этого дело!»