— Прикажите немедленно позвонить. Проверьте. Я жду прибытия Шютте с минуты на минуту. Как только он приземлится, прошу, чтобы он сообщил мне новости по телефону. — Он посмотрел в окно и склонил голову. Он очень хотел услышать гул самолетов, с одного из которых должен был сойти сегодня офицер связи с волнующими известиями о Сталинграде, о падении Сталинграда!

Но пока что необходимо приступить к работе. Господин генерал фон Клюгге отличался завидным свойством — никогда не уставать, никогда не отдыхать, приступать к делу немедленно. Он был требователен, неимоверно требователен к себе и не менее требователен ко всем подчиненным. Вот почему уже с самого утра все было готово в конференц-зале дворца Баге Багу, и все господа офицеры, несмотря на свои маскарадные одеяния, с утра находились у своих карт и схем, чтобы отчитываться и рапортовать.

На лицах всех читалось напряжение и нетерпение. Шутка ли сказать, по всем последним данным, катастрофа для большевиков на Волге разразилась. Такие новости проникли в Баге Багу. Прибытие господина генерала лишь подтверждало радостное событие.

Итак, конец долгому, нудному ожиданию, конец игре в прятки, конец пребыванию на положении сусликов, прячущихся по норам! Наступил долгожданный час действий.

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

Расхвастался! Провеиваешь гнилую солому.

Он похож на человека, которого волокут на виселицу.

С виду добродушный, светящийся гостеприимными улыбочками генерал фон Клюгге колобком катался по обширным залам и бесконечным коридорам, отпускал шуточки подчиненным, веселил их густо перченными солдафонскими анекдотами. С приездом берлинских инспекторов он полностью преобразился. Из придирчивого, жестокого начальника, грозного, требовательного до невозможного, до идиотизма, он вдруг перевоплотился в добродушнейшего, очаровательного ганноверского помещика, любителя поесть и покормить вдоволь и вкусно гостей, попьянствовать с шиком, поохотиться в фисташковых пустошах.

Метаморфоза, происшедшая с генералом, имела под собой прочное, глубокое обоснование. Он, находясь в Баге Багу, должен был соблюдать строжайшую конспирацию и ничем в своем поведении не выдавать себя. По инструкции, в свое время лично ему врученной в Берлине, угол Альбрехтштрассе и Вильгельмштрассе, 77, в кабинете штаба Гиммлера, иностранное инспекционное бюро запрещало генералу фон Клюгге надевать воинскую форму впредь до получения специального указания и держаться сугубо штатским человеком в отношениях с многочисленными резидентами — в Хорасане и других астанах.