Все эти старания повели к желанной цели. Виниус вскоре мог хвалиться, что в продолжение года успел приготовить 300 новых пушек[565]. Иностранцы, как, например, саксонский генерал Штейнау или дипломат Паткуль, хвалили вооружение русского войска[566]. Уже в марте 1701 года говорили, что Петр скоро опять подступит к Нарве. И действительно, еще в декабре 1700 года Петр приказал Шереметеву не только «беречь ближних мест», но «идтить в даль для лучшего вреда неприятеля». Вскоре во всех пограничных пунктах, во Пскове, Новгороде, Изборске и проч., усилены были гарнизоны. Были приняты меры для наступления.

В «Журнале Петра Великого» сказано, что, кроме других причин, также и желание видеться с королем польским заставило царя в ноябре 1700 года покинуть лагерь под Нарвой. И действительно, нужно было возобновить союз с Августом и посоветоваться с ним относительно совместных военных действий. Таким образом, в феврале 1701 года состоялось свидание в Биржах. Здесь, между прочим, было высказано вновь желание, чтобы царь возвратил Польше Малороссию. Самым решительным образом и царь, и Головин отвергли это предложение. Петр и слышать не хотел даже об уступке некоторых малороссийских пограничных мест. Август и Петр договорились о возобновлении союза; царь обещал королю прислать от 15 до 20 тысяч пехоты в полное расположение и заплатить ему, кроме того, субсидию; король обещал употреблять свои войска против Швеции в Лифляндии и Эстляндии, дабы, отвлекая общего неприятеля, обезопасить Россию и дать царю возможность с успехом действовать в Ижорской и Карельской землях. Лифляндию и Эстляндию царь оставлял королю и Речи Посполитой без всяких притязаний. В тайной статье царь обязался прислать королю 20 тысяч рублей, «дабы некоторое награждение и милость показать тем из польских сенаторов, которые способы сыщут привести в постановленные союзы и Речь Посполитую».

По отзыву лиц, видевших Петра в Биржах, он там на всех произвел весьма выгодное впечатление. Удивлялись его рассуждениям о флоте и войске, его предприимчивости, его познаниям в географии и черчении[567].

Тем временем продолжались военные действия. Хотя Шереметев далеко не отличился в ноябре близ Нарвы, царь все-таки поручил ему ведение войны в Лифляндии. При движении к Мариенбургу в декабре 1700 года Шереметев сначала, столкнувшись с неприятелем, потерпел некоторую неудачу, но затем, однако, он принудил генерала Шлиппенбаха к отступлению. Началось систематическое и полнейшее опустошение Лифляндии.

Тяжелое впечатление на союзников произвела победа, одержанная шведами над саксонцами на берегу Двины 9 июля 1701 года. Тогда раздробление сил Польши и России считалось крупной ошибкой. Полагали, что Петр и Август, соединив свои войска, могли бы действовать гораздо успешнее. Особенно после победы в июле 1701 года Карл имел в виду преследование польского короля, не обращая внимания на царя. Таким образом, Шереметеву удалось разбить Шлиппенбаха при Эрестфере (29 декабря 1701 г.). Петр был в восторге от первой победы над шведами, произвел Шереметева в генерал-фельдмаршалы и послал ему орден св. Андрея и свой портрет, осыпанный бриллиантами. В Москве торжественно праздновали эту победу[568].