«Клык Фреки» как раз пришвартовался, и оказавшийся на причале Медвежонок безжалостно разрушил торжественность момента: сграбастал сестру вместе с младенцем-племянником и принялся тискать. Младенцу это не понравилось, и он немедленно заревел. Басом…

А в следующую секунду нас захлестнули две волны: прибывших и встречающих.

Но я все же успел отобрать жену и сына у названного братца и…

Зря я так напрягался. Они поладили, моя старшая и младшая жена.

А сынишка и впрямь оказался на меня похож.

И дочка – тоже.

А потом был пир, который продолжался три дня. И еще три дня расходились собравшиеся на него гости. А на седьмой обе мои жены отправились в Роскилле. За покупками.

Собственно, поехать мы должны были все вместе, но я утонул в болоте хозяйственных дел, которые требовали моего, и только моего решения. Опять-таки Рунгерд и Медвежонок решили познакомить меня с уже приобретенными территориями и обсудить дальнейшее расширение наших фамильных лесов и пажитей.

Я остался, и мои жены отправились вдвоем. Ну не то чтобы вдвоем – с прислугой. Но без меня. Правда, на полпути они должны были встретить Скиди с женой и двинуться дальше уже вместе, но не сложилось.

И все эти отдельные нестыковки привели в результате к таким последствиям, из-за которых я вынужден был отправиться…

Впрочем, не стоит опережать события, которые еще не наступили.

Глава 51 «Я требую суда Рагнара-конунга!»

Глава 51

«Я требую суда Рагнара-конунга!»

– Какая красавица! – Асгисль Рябой даже облизнулся от восторга. – Хочу ее! И возьму!

Три дня назад Асгисль стал хирдманом самого Рагнара Лотброка. И все три дня чувствовал себя так, будто весь мир целиком принадлежит только ему. И все женщины Роскилле – тоже.

– Погоди, Асгисль! – Спутник счастливого хирдмана ухватил его за рукав. – Нельзя трогать свободную женщину на земле Закона!

Спутника звали просто Гислем, он был младшим братом Рябого, и хёвдинг, набиравший воинов под знамя Ворона, даже проверять его не стал. Сказал: мелкий.

Это была правда. Гисль был на пядь ниже старшего брата и на пядь уже в плечах. Но при этом – ничуть не худшим воином, чем брат.