7

Их сменили через час. Принесли еще раненого, а вместе с ним пришел медик – высокий парень с белой полотняной сумкой на плече. Вместо привычного красного креста – синий круг. Пэл выдали несколько влажных салфеток, и она долго протирала руки, а потом вычищала кровь из-под ногтей. Прибавилось и убитых, но в тот угол она старалась не смотреть.

Матильда куда-то исчезла, Пэл поплелась к креслу, решив, что толку от нее все равно нет, но внезапно из лифта вышел кто-то определенно знакомый. Вспомнила без труда. В их первую встречу на корабле этот человек сидел слева от мистера Эйтза. Девятый или Десятый? Девятый! Понимает по-английски, но делает вид, будто не знает. Стало быть, мистер Найнз.

Мистер Найнз был не один. Рядом с ним шел тот, кому тут, казалось бы, совсем не место – невысокий старик в фиолетовой сутане и шапочке-пилеолусе. На груди сверкал драгоценными камнями тяжелый наперсный крест.

Епископ в небесном эфире? Пэл удивилась тому, что еще способна удивляться.

Когда она поняла, что эти двое идут именно к ней, то поспешила достать из сумочки платок и зеркальце. Отвернулась, вытерла предательски потекшую тушь, убрала с губ остатки помады. Из зеркала смотрел кто-то не слишком знакомый годами чуть ли не старше тети Мири.

Зеркальце спрятала, обернулась. Вовремя!

– Леди Палладия! К нам прибыть парламентер. Высказать желание поговорить именно с вами.

По-английски мистер Найнз изъяснялся понятно, хотя и с сильным акцентом. Пэл лишь кивнула в ответ. Слово «парламентер» обрадовало, сразу понятно, чья берет.

Сопровождающий отошел, епископ остался. Пэл взглянула на святого отца без особого почтения. «Папистов» в семье не любили.

Старик явно что-то почувствовал, но, тем не менее, протянул руку с тяжелым перстнем. Неярко сверкнул большой фиолетовый камень.

– Pax vobiscum, filia mea![32]

«Не люблю католиков! – бурчал дядя Винни, ерзая в кресле. – Они как коммунисты, даже еще хуже. В Коминтерне хотя бы не практикуют мужеложство… Худышка, заткни уши!»

– Меня зовут иначе, – отрезала леди Палладия Сомерсет. – И говорите, пожалуйста, на языке, употребляемом в современной дипломатической практике.

Маленькие тусклые глаза внезапно блеснули.

– Hic est linguae correspondentia cum Apostolica sede habentes[33].

Пэл дернула носом.

– Всегда ненавидела королеву Мэри! Так вы сдаетесь?

Епископ на миг прикрыл глаза, пальцы застыли, впившись в зерна тяжелых четок.