Глубоко вздохнула, провела ладонью по векам.

– Шли по коридору, никого не было, но потом стали стрелять из-за угла. Рядом со мной убили человека. Сразу, две пули в грудь.

– Плохи дела? – поняла Пэл.

Матильда покачала головой.

– Не знаю. Бой сейчас идет на втором уровне, рядом с блоком № 25. Есть опасность, что заключенных перестреляют.

Обернулась, поймала взглядом взгляд.

– Вы все равно узнаете. Николас ранен. И, кажется, тяжело.

8

Последний снаряд лег, куда ему предназначено, и Лонжа удовлетворенно кивнул. Хоть это сделано правильно. Если смотреть из тоннеля, виден лишь шахматный порядок, но на схеме, наскоро вычерченной в блокноте, замысел становится ясен: замкнутая плоская кривая, сектор окружности, центром которой является установленный в проходе ветеран «Марк». Классическое минирование, перекрывающее все возможные пути к воротам. Тяжелые цилиндры с желтой полосой способны напугать одним своим видом. «Асфальтовые солдаты» назад не повернут, но атаковать станут с великой оглядкой.

Пулемет, главное оружие, за лобовой броней. Расчет надежный, двое коммунистов, воевавших в Испании. Первым делом им велено отстреливать вражеских пулеметчиков, с остальными справиться легче.

Фамилия старшего над заключенными вспомнилась не сразу. Лонжа потер лоб.

– Камрад… Камрад Зеппеле!

Тот о чем-то увлеченно беседовал с двумя «полосатиками», ни дать, ни взять, боевой комиссар. Услыхав, махнул рукой, подбежал.

– Камрад! Пусть каждый еще проверит противогаз, проследите лично. Всех, у кого нет оружия, отведите назад, метров на двадцать, пусть строят еще одну баррикаду. Туда же – грузовик. И еще раз объясните людям, что шансы у нас есть, надо лишь дотянуть до темноты.

Тот, совершенно по штатскому кивнув, принялся за дело, громко выкрикивая команды. Лонжа, обойдя стальную тушу «Марка», присел за импровизированной баррикадой, сложенной из пустых снарядных ящиков. Обзор неплохой, видны все подъезды к складу и даже краешек площади. Там пока пусто, наблюдателей наверняка спрятали за окнами штаба. Готовятся… Он прикинул, что в Берлин наверняка уже позвонили, высокие чины в генеральских погонах глотают успокоительное и думают, кого назначить виновным. А Гиммлер? Пока все развивается согласно его сценарию: заговорщики подняли мятеж, захватили склады… Или нет? Восстать должны были саперы во главе с агентом Германского сопротивления Паулем Рихтером, а не «полосатые» узники. За них в ответе именно он, Генрих Гиммлер! Выходит, камрад Нечетный, сам того не желая, перечеркнул весь сценарий хитромудрого Агронома?