Но до спасительного брода оставалось двадцать километров. Да и за ним, до самого Грозного, – на полтораста километров голая степь.

– Всем понятна серьезность угрозы, господа? – обратился я к собравшимся офицерам. – У нас в строю осталось девятьсот человек. Еще три-четыре тысячи могут выставить бывшие рабы. Силы явно неравны! А ведь нам нужно прикрыть пятнадцать тысяч освобожденных. Какие будут предложения? Начнем с самого младшего – подхорунжий Воробьев, говори!

– Выйти навстречу и атаковать! – воскликнул безусый подхорунжий, бросив руку на эфес сабли. Еще несколько молодых офицеров, командиров эскадронов, сказали, лязгая оружием, что согласны с Воробьевым.

– Орлы, орлы! – усмехнувшись, сказал я, похлопывая ребят по плечам. – Что скажет бог войны?

– Нужно занять глухую оборону и вызвать подкрепление! – высказался рослый сотник, командир эскадрона тяжелого оружия. – Боеприпасы и продовольствие нам закинут по воздуху.

Его подчиненные, командиры пулеметных взводов, покивали головами, соглашаясь со старшим. Правильно, основательные пулеметчики и должны были предпочесть позиционный вариант. Я выжидательно посмотрел на двоих оставшихся – Соколова и Торопца. Они переглянулись.

– Надо вставать в оборону и вызывать поддержку с воздуха, – сказал Максим. Торопец кивнул.

– Интересная идея! – ответил я. – Так как все высказались, перехожу ко второй части совещания. Отвечаю всем по порядку. Атаковать многотысячную орду – предложение смелое, но безрассудное до глупости! На сколько бы мы их ни превосходили качественно, но численное преимущество есть численное преимущество. Мы будем растерзаны в считаные минуты!

– А мне рассказывали, что в прошлом году под Москвой вы разбили такую же по численности орду! – смущенный моей суровой отповедью, сказал Воробьев.

– Так и войск у меня было почти тридцать тысяч, да и пушек полсотни! – ответил я. – Продолжим… Сесть в оборону – дело хорошее, но вы забыли, что сейчас все войска, способные прийти нам на помощь, – в тысяче километров к северу отсюда! Оставшаяся в Грозном пара тысяч человек нам не поможет. Укрепления города оголять нельзя! Да и занимать глухую оборону именно здесь не очень удобно. Допустим, что боеприпасы и продовольствие нам смогут забрасывать по воздуху. Но здесь нет воды! А турболетом ее много не натаскаешь! И если для питья ее хватит, то для гигиенических процедур – нет! А у нас пятнадцать тысяч гражданских. Начнутся болезни… А они могут быть пострашнее огня противника! Вопросы есть?

– Никак нет! – понуро ответили сраженные моими доводами офицеры.