Райдер весь сжался, потрясенный тем, что полковник видит его насквозь.

– Да, сэр, я вас слушаю.

– Что-то страшное происходит там. И это еще не конец, если интуиция старого солдата хоть чего-нибудь да стоит. Я не спал всю ночь и вместе с моим полевым штабом разрабатывал особый план на случай непредвиденных обстоятельств. И все это благодаря тебе, сынок. Ты понимаешь, что президенту США уже сообщили о… твоем вчерашнем успехе?

Райдер не знал об этом.

– Да-да, – продолжал Уильямс, – самому президенту, черт его дери. Мы голову сломали, стараясь придумать, как использовать то, что ты нам дал. Сейчас нам не хватает только одного, – полковник взглянул на Райдера.

– Чего, сэр?

– Тебя. Ты нужен нам. Но я скажу тебе честно, что если мы будем осуществлять этот план, то там будет так же страшно, как в аду, – полковник радостно засмеялся. – Но ты будешь в хороших руках. Тебе придется работать под руководством моего старого друга. Мы вместе жили в палатках на Азорах. Сейчас он ни хрена не знает о наших планах. Он немного занят в настоящий момент, но я знаю старину Джорджа Тейлора достаточно хорошо, чтобы быть уверенным, в чем я смогу его убедить, а в чем нет. И он наверняка клюнет на нашу идею. Ему понравится наш план. – При воспоминании об этом полковник улыбнулся. – В любом случае, мы собираемся заставить тебя работать. Нужно еще обсудить массу деталей. Если нам повезет, возможно, нам никогда не придется осуществлять этот план. Но, Боже правый, мы должны быть готовы.

– Сэр, если вы говорите о внедрении в японскую систему управления, то нам понадобится поддержка русских. У них есть…

– Об этом мы позаботились, – полковник махнул рукой. – Я тоже не вчера родился. Вы получите все, что вам нужно, еще до того, как свяжетесь со стариной Джорджем Тейлором. – Уильямс огляделся вокруг, и в его взгляде опять появилось раздражение. – А сейчас идите наверх и упакуйте вещи. Встретимся в холле через полчаса. Я собираюсь выпить чашку кофе и съесть какое-нибудь дерьмо. Когда мы поедем, я расскажу вам, что происходит на самом деле. Нас ждет самолет, он доставит нас к месту действия.

– Полчаса? – спросил Райдер тихо.

– Счет уже пошел, старший уорент-офицер.

– А мы не вернемся сюда, сэр?

Полковник с отвращением оглядел зал.

– Нет, если это будет зависеть от меня. Поэтому ничего не оставляйте здесь, господин Райдер.

Оказавшись в стареньком лифте, Райдер закрыл глаза, прижался головой и плечами к дешевой обшивке. Лифт заскрипел и начал движение, разгоняя запахи нашатырного спирта и сырых сигарет. Ему было стыдно. Он не мог ни о чем думать, кроме той женщины, и при одной мысли о ней у него сжималось сердце.