А что вы хотели – слишком велика ставка в этой войнище, где и так уже пролились сотни кубометров крови.

Но когда через два дня Денис Васильевич приказал отходить на Дядьково, с перспективой на Брянск и Орёл, я сначала слегка ошизел. Однако не стал торопиться с возмущёнными вопросами, а просто доверился более сведущему в теме человеку. И не зря.

Во-первых, меня перестала мучить и напрягать предстоящая встреча с императором, во-вторых, действительно, после исчезновения Наполеона его маршалы могут организовать такую прочёску местности, что мама не горюй…

По первости у меня возникала мысль: «На каком блюде подать голову вашего императора?» – но потом понял, что исходя из принципов нынешней морали сам Давыдов лучше удавится, чем прольёт кровь монарха не в бою.

Я не стал доколупываться и со своими ребятами просто присоединился к ретираде. Без возмущений.

На самом деле у нас такой «трофей», что с ним можно отступать хоть в Севастополь. Без боёв и от таковых уворачиваясь. И никто не посмеет осудить…

В Брянске нас догнал приказ Кутузова: «Бонапарта конвоировать в Киев».

Фигасе! Тоже мне ближний свет. Но светлейшему, конечно, виднее.

Главное, кто этот приказ доставил!

– Ну, здравствуй! – Я просто все силы вложил, чтобы показать Серёге, как рад его видеть.

– Потише, медведь – не только ты воюешь, – сморщился Горский от моих проявлений чувств. Явно рана какая-то имеется.

– Извини. Где прилетело?

– Будешь смеяться, но при Бородино я со своим полком был. Там и зацепили саблей по боку. А ты, я смотрю, всё меня на чин опережаешь – уже майор.

– Вот сейчас начнём чинами меряться… У меня перспектива вообще на чин ссыльно-каторжного.

– Не понял…

– Туго соображать ты стал, Серый, со своими «плащом и кинжалом». Я взял Наполеона. Не один, конечно, но как я могу попросить Давыдова замолчать присутствие своей скромной персоны при этом событии? Да и сам корсиканец обо мне что-то слышал. Аж прямо лично пообщаться предлагал. Благо пока некогда было… Боюсь я его, Серёж, – явно неординарная личность. Может, он тоже «не отсюда»?

– Прекрати паниковать! – Горский бросил дежурную фразу, но совершенно явно проглядывало, что мой друг здорово обеспокоен. – Переживи сегодня, а завтра этот геморрой в треуголке уедет в Киев. И ты уже вряд ли войдёшь в состав конвоя. А в дальнейшем у Наполеона нашего Буонапартия предполагается хренова туча проблем в плане продолжения собственного существования на нашей грешной планете. Не до тебя ему будет.

Тут Серёга прав – пленённому императору нужно сильно задуматься, как с наименьшим ущербом вывести свою армию из России и освободиться самому. И обсуждать таковое бывший повелитель Европы может либо с Александром Павловичем, либо с Кутузовым.