— Рацию не забудь, — не оставил без внимания экипировку сержанта Маркин.

— Пусть дед Ахмед несёт. Мне — мешать будет, — нисколько не вежливо отмахнулся от средства связи на своих плечах спортсмен.

* * *

— А как мы узнаем, что Ама приняла вызов? Старшина! Ну-ка глянь у кого из них деревяшка на шее и коса длинная? — от бессонницы начинаешь соображать проще. Шелуха сама отпадает. Уставший мозг сам отсекает лишнее, чтоб не перенапрягаться.

— Перед первым слоном. За ней трое рабов на конях и видимо заместительша на кентавре, — Виктор Иванович не отрывался от трубы сопровождая приближающуюся колонну, — От татар гонец в сторону девок, — сообщил старшина.

Колонна остановилась. Сверху, прямо на кентавра с командиром на спине, спускался от леса спешенный кавалерист с опущенной вниз головой. Он шёл, так как будто хотел пройти этот путь, как можно медленнее. Часто останавливался, оглядывался назад и вытирал лицо рукой. Посланник был молод, не имел при себе оружия, что само по себе удивляло и часто спотыкался и даже один раз упал. На полученные царапины, ушибы и хлёсткие удары веток кустарника безоружный не обращал внимания. Бедная одежда раба, ошейник в руке и рваные в нескольких местах штанины, говорили наблюдателю, что это не самый лучший воин в рядах монгольских всадников. Коим можно и пожертвовать. От кромки леса за движением пехотинца наблюдала свита бека с угрюмым сожалением и в ожидании неизбежного представления.

— Он дал ему свободу перед смертью, — прокомментировал ошейник в руке и приближение плачущего бедняги к кентавру Агф.

— Почему? — нравы гостей не внушали миролюбия.

— Видимо бек, захотел что-то важное передать Аме. А самостоятельное желание, приближение и попытка заговорить с посланцами большого Зонги караются смертью, вне зависимости кто ты: бек, простой боец или раб. Он передаст послание, и его убьют, — те пограничники, кто оставил наблюдение за колонной и услышали слова строителя — повернулись в сторону берега реки в сомнении. Ладно, убить человека в бою, в обороне, в схватке, но просто так? Лишь за то, что подошёл! И сказал слово! Предсказанная жестокость, как-то не очень сочеталась с внешним обликом и самим понятием женского рода. Никто не верил, что те, кем они любовались недавно — способны на изуверский минигеноцид к подчиненным расам и особенно к мужчинам, — Видите в руке ветку с листиками? Это знак что парнишка посланец и несёт вести. Ама обязана сначала выслушать посланного на заклание, выяснить все нюансы и, лишь потом, может его уничтожить.

— А если не захочет?