— А у неё заместитель зачем трётся рядом? Она ведь не только помогает, но и следит за огрехами. Если командир нарушит требование Зонги — её заложат моментально, чтоб занять командирское место. А если ещё и последствия будут отрицательными…

— Понятно. Лёша! Или командира, или её замка провоцируй. И веточку возьми, чтоб мамонтом не затоптали упрежь.

Пока обсуждали тактику действий. Посланец добрался до колонны и был остановлен вооружённым рабом. Обыскан и под конвоем доведён до кентавра, на котором восседала Ама-командир. Кентавр был одет по походному. Шлем, простая рубашка под кожаные латы с нашитыми металлическими бляшками. Налокотники, наплечники, поручи, большой лук, колчан за спиной, две рукояти мечей по обе стороны. Грозно смотрелся. Да и взгляд не сулил ничего хорошего. Огромный, по меркам человеческого и татаро-монгольского роста, лук держал в руках с наложенной на тетиву стрелой. Строго следил за пространством вокруг хозяйки. Всадница могла спокойно заниматься своими делами, не обращая внимания на выбор маршрута, место остановки и почву под копытами кентавра. Командирша восседала в кожаном седле, одетая в штаны и куртку из шкуры бизона. Темно-коричневая кожа была выделана до непромокаемого зеркального блеска. Кое-где висели сделанные из такого же материала вставки распушенной бахромы, а рукава куртки отвернуты наружу короткими обшлагами. За спиной Амы торчали рукояти двух гусарских сабель, а с обоих боков высовывались края наброшенного поверх ножен небольшого деревянного щита обитого металлом.

Ближе к задним бабкам кентавра к седлу приторочен чехол с копьём, колчан со стрелами и лук в чехле. Куртка женщины застёгнута на груди частыми и аккуратными ремешками. Посредине куртки — металлическая тарелка с орнаментом и рисунком, конусом наружу. На голове колпак с развевающимися ушами, как буденновка красноармейца. Широкий пояс с кинжалом и огромной бляхой серебристого цвета в центре, обшитый не менее большими «чешуйками» из светлой брони обнимал талию почти на бёдрах. Шлем небрежно болтался продетый на древко копья и замкнутый стальной застёжкой. На ножках (и каких ножках!) наездницы красовались мягкие сапоги такого же цвета как и остальные предметы одежды. Шпоры присутствовали, но совсем крохотные и тупые. Носок обувки был широк, высок и напоминал по своей форме индейские мокасины. В целом вид Амы и её транспорта говорил о том, что во главе угла удобство, рациональность и безопасность носителя обуви, одежды, оружия и головы на плечах. Кентавр судя по поведению готов был сам подохнуть под стрелами и мечами но хозяйку, как минимум, закрыть собой. Как максимум вытащить из возможной драки живой и невредимой. А заодно и перебить по ходу побольше желающих «отведать командирского тела».