— Целиться по пехоте, — не отвечая, скомандовал штабс-капитан. — По очереди… Пали!

Новая порция снарядов ударила по шведскому строю, кося солдат десятками. Затем почти в то же место угодила повторная волна свинца и железа. На таком расстоянии картечь бы не достала, и они явно не ожидали подобного рода неприятного сюрприза.

Впервые шведские шеренги дрогнули и принялись отступать уже не слаженно, а без всякого порядка. Похоже, гнутся, еще немного, и сломаются.

— Пришло время и казачкам поработать, — сказал Давыдов.

Адъютант, не дожидаясь дополнительных указаний, вскочил на коня и понесся вниз, где стояли укрытые от вражьих взоров кавалеристы. Хорошо вышколен. Через считаные минуты конница с гиканьем и топотом множества копыт, от которых дрожит земля и слабые души, понеслась в атаку. Работа как раз для казаков, добивать бегущих. Настало время научить шведов бояться и при виде русского авангарда бежать сразу. Давить их придется жестко, не позволяя опомниться.

— В ваших условиях ничего не говорится о Финляндии, — сказал устало пожилой человек. Арвиду Горну хорошо за шестьдесят, и выглядит он соответственно.

Мы сидели в Стадсхюсет — городской ратуше. Я на правах хозяина и победителя. Реально весь Стокгольм мы так и не заняли. Он с пригородами раскинулся на множестве островов, а поселки нередко пересекаются озерами, каналами, морскими бухтами. Почти все мосты защитниками были уничтожены в попытке остановить русскую армию. Это не помешало разбить артиллерией Старый город и устроить там жуткую резню. Неприятно, зато остальные гордецы, не желающие сдаваться, либо сбежали на юг к датчанам, либо стали шелковыми. Ходят, кланяются и не смеют рта открыть.

Боевой дух окончательно сломлен сотнями трупов в воде — те, кто во время штурма пытался бежать, были расстреляны. Пощады люди в мундирах не просили и не получили. После этого шведская гордость подкосилась. Даже призывать воевать дальше особо некому. Три генерала и почти четыре сотни офицеров сдались в плен. Кунгсхольмен — Королевский остров и административный центр страны — достался уже без боя.

— Финляндия отойдет России в качестве ее провинции.

— Это невозможно, — так же тихо, но уверенно отвечает бывший лантмаршал.

В риксдаге, местном парламенте, были представлены четыре сословия. Для принятия законов необходимо было одобрение трех: дворянства, духовенства и мещанства. Тальман (управляющий) дворянского сословия и назывался лантмаршалом. Фактически много лет Горн возглавлял правительство Швеции, где после смерти Карла Двенадцатого королевская власть мало на что могла влиять. До возвышения «партии шляп» он проводил вполне миролюбивую политику и Россию не задевал.