Бертран положил тяжелую руку на плечо проводника, чтобы тот не дал деру. Привести с собой этого креола было не самой худшей идеей. Настоящий богатырь внушал уважение одним видом и драться умел неплохо. Не меньше двух раз уже обокрали бы в Лондоне, не будь рядом охранника. Один воришка отделался сломанной рукой. Второй почти наверняка челюстью.

Он мысленно перекрестился и, вздохнув, постучал кулаком. Подождал немного и повторил, уже со всей дури.

— Че надобно? — спросили изнутри грубым мужским голосом.

Он напрягся и произнес специально выученную фразу, в которой не понимал ни одного слова, хотя Ричард уверял, что там присутствует его имя. Было подозрение, что речь идет о кличке, но тот не ответил на вопрос.

Стукнул засов, и перед ними в открывшейся калитке обнаружился крепкий парень с подозрительным взглядом.

— С самого Нового Света?

— Здесь живет Гнутый Эймс? — на всякий случай уточнил гость.

— Семья уж точка тута, — невразумительно ответил привратник. — Проходь, дорогуша.

— Мой пенни! — потребовал мальчишка.

— Дай ему, Бертран! И пусть подождет, — поколебавшись, приказал Глэн. — Назад проводит. До гостиницы.

В здешних улочках недолго заблудиться. Ходить в темноте по сомнительному району даже в сопровождении здоровенного телохранителя с дубиной и тесаком не очень хотелось.

— Еще один пенни? Да завсегда к вашим услугам, — радостно пообещал малец, вытирая сопли грязным рукавом.

Дворик был маленьким, как везде, завешанным постиранным бельем, да еще и заставленным фургонами, жутко напоминающими фильмы про Дикий Запад. Видимо, на таких пэйви и шлялись по Англии. Опять же конюшня, откуда знакомо пахнуло. Если кто в будущем думает, что столетия назад даже в деревне благоухало, он крупно ошибается. А уж про город и говорить нечего. Все о том в курсе в теории, но мало кто реально нюхал нечто подобное и даже отдаленно не представляет этого жуткого букета запахов. Поначалу аж слезы из глаз. Со временем привыкаешь и перестаешь замечать, человек в принципе очень пластичен и может выдержать что угодно, но стоит уехать ненадолго и вернуться, как опять с души воротит.

В доме собралась немалая компания, включая детей, но возле грубого стола, куда его усадили, стояли три здоровенных блондина. На их фоне Дик выглядел бы сущим задохликом. Между прочим, как и его приятель, эти вовсе не походили внешне на цыган. Хотя цветастые рубахи, кожаные пояса и сапоги при наличии у каждого немалого размера ножа наводили на определенные мысли. Бытие рождает сознание, и все такое. Центральный махнул рукой, давая понять, чтобы молчал, стоило открыть рот. Ну хоть табуретку предложили, а не заставили стоять.