Саймон Дэвис не особо счастлив подобным раскладом, но сидел с правильным лицом и вежливо беседовал. Не положено выказывать огорчения перед всеми. Не поймут. А я в принципе уже победил. Четыреста шестьдесят девять голосов за меня, триста семьдесят три — за него. Листок с именами обязательно требуется сохранить. Сказавшим правильное имя, при случае или по просьбе, не мешает оказать помощь.

Осталось где-то с полсотни выборщиков, и разрыв уже никуда не девался. Это понимали все присутствующие, но процедура должна быть доведена до конца честно. Приходилось сидеть вместо празднования победы и вежливо обсуждать перспективы урожая. На самом деле все устали, и разговоры почти увяли. Даже истории про кровожадных индейцев были уже не столь интересны присутствующим. Можно было мысленно обдумывать следующий шаг.

Дверь распахнулась с силой, треснув о косяк. Ничего удивительного, если ее отворяют пинком ноги. Ричард вошел строевым шагом и рухнул на стул, непринужденно почесав волосатую грудь, виднеющуюся из-под расстегнутой рубашки. Было похоже, он сегодня крепко выпил по поводу избрания. Ничего удивительного, когда столько желающих чокнуться. Даже пропуская очередную кружку, недолго и свалиться без чувств.

Кстати, мысленно сделал Глэн себе зарубку, надо подумать над фасоном более удобных рубах и нижнего белья. Захотят ли покупать — неизвестно, но он вполне мог позволить себе ходить в привычном, хотя бы под камзолом с кружевами. Плохо, что рисовать толком не умел, но здесь особой красоты не требовалось. Достаточно общего силуэта, а дальше Жанет справится. Шила она на удивление неплохо, а если дать в помощницы эту девчонку-рабыню, как там зовут, вечно забывал…

— Че делашь? — спросил Дик.

Судя по произношению, он был пьян гораздо сильнее, чем первоначально могло показаться. От таковского простонародного выговора, употребляемого на ферме Сорелей, он давно отказался сознательно. А здесь прорвало.

— Газеты читаю, — показывая на листки, сообщил Глэн.

— И че?

— Ничего хорошего. Лондонский парламент потребовал введение новых налогов согласовывать с ним.

— Как же, слышал. — Дик собрался, и речь опять стала правильной. — «Никакие подати или сборы» не будут отныне «налагаемы или взимаемы в этом королевстве монархом или его наследниками без доброй воли и согласия архиепископов, епископов, графов, баронов, рыцарей, горожан и других свободных людей из общин этого королевства».

Подумал и добавил:

— Генеральные штаты в Париже тоже разродились: «Никто не должен быть принуждаем против своей воли давать взаймы деньги королю» и «Никто не может быть принуждаем платить какой-либо налог, подать, сбор или другую подобную повинность, не установленную общим согласием в парламенте».