* * *

Первыми, для разведки, к Риге подошли два драгунских полка во главе с Меньшиковым. Царь высоко оценил проявленный им в турецкую войну талант лихого конника и кавалерийского военноначальника. Шведы не захотели принимать бой. Успехи русской армии в молниеносных штурмах городов поражали и заставляли проявлять осторожность. Комендант крепости: генерал-майор Нильс Браттман решил не испытывать судьбу и сосредоточить имеющиеся силы на обороне Риги. Он надеялся отсидеться за ее крепкими крепостными стенами и бастионами до подхода из Речи Посполитой армии во главе с юным королем. В начале XVIII века Рига представляла собой одно из мощнейших в Европе укреплений, с замком и цитаделью. 5 бастионов, 2 равелина и 2 шанца, мощные стены с заполненным водой рвом делали затею штурмовать крепость крайне рискованной. Дополнительно усиливал оборону сооруженный перед стенами форштадт, укрепленный земляным валом и палисадами. Крепкий орешек, не чета уже раскушенным русскими войсками.

Комендант распорядился разрушить соединявший оба берега Двины наплавной мост и войскам оставить форт на противоположном берегу реки — Коброншанц. Гарнизон поспешно переправили в Ригу. Еще через два дня подошла остальная русская армия, дожидались только мастерградских артиллеристов. Неожиданная оттепель сделала дороги для тягачей труднопроходимыми.

В русском лагере и на позициях артиллерии звонко стучали топоры, мелькали железные лопаты. Под стенами Риги стремительно выросли бело-серые палатки просторного воинского стана. Первым делом для предотвращения помощи шведам с моря на побережье установили мощные артиллерийские батареи. По-иному пресечь сикурс осажденным было нечем. Русского флота на Балтике еще не существовало. Армия приступила к осаде сильной шведской крепости, сменив лишь недавно ушедшие от стен города войска короля саксонского и польского Августа. Он прекратил осаду, так как Карл XII начал разорять его собственное королевство.

Внушительного размера, но совершенно невзрачный по внешнему виду царский шатер поставили на небольшой возвышенности в центре лагеря, откуда были хорошо видны стены вражеской крепости. Хмурое прибалтийское утро еще только начиналось, а царь Петр уже трудился за походным столом. Железная печка пышет жаром, снаружи доносится вечный шум воинского лагеря, почти заглушая приглушенный шепот и стук пишущих машинок из-за перегородивших шатер длинных, расписанных под хохлому раскладных перегородок. Там работала походная царская канцелярия. С утра измазанные чернилами пальцы Петра цепко держали очередную челобитную из целой стопки еще не прочитанных. Взгляд стремительно скользил по напечатанным на машинке строкам с ставшими уже привычным после реформы алфавита буквами. Три года тому назад он принял предложение мастерградцев, количество букв изменилось, зато алфавит стал проще и доступнее для изучения.