– Спрячь!

Но только я стал приподниматься, как из-за спины понеслась нежданная ругань вперемежку с командами:

– Стоять! Докладывать! Чем здесь занимаетесь и что продаете? Почему посторонний в кубрике?! И откуда столько версов?!

– Господин мичман… – начал доклад юнга, но его сразу же перебили:

– Молчать! Стоять! Не дергаться! – Мохнатая рука сгребла деньги со стола, сжала в кулак и вскинулась кверху. – А?! Поймал на горячем!

Ничего сверхъестественного, обычная флотская муштра, о коей я вполне наслышан и насмотрелся на нее в Интернете. Кстати, я подобной муштры еще с детства не боялся, желая стать моряком, и всегда мечтал такому крикуну как следует надавать по хавальнику. Увы, судьба силушкой и здоровьем обделила. Зато с наглостью и бесстрашием (особенно в последнее время) несколько переборщила.

– Хватит горлопанить, – пробасил я с максимальной солидностью, – парень выполняет приказ старпома, а деньги мои! Положи, где взял!

– О! А я думал, это кучка дров! – с хамоватой издевкой заявил мичман, разглядывая меня словно козявку. Кажется, он мои слова и не расслышал. – А это – лягушка квакает. – И тут же опять рыкнул на юнгу: – Вышвырнуть немедленно за борт! Выполнять! – Но, заметив, что его не слушаются, побагровел лицом и потянулся рукой за кортиком: – Приказываю вышвырнуть этого дитятю за борт!

Ох, не люблю я несправедливости! А уж когда меня дитятей обзывают, да еще таким презрительным тоном, то прямо мечтаю увидеть рядом с собой трио моих подружек. Они в таких случаях не церемонились и любого моего обидчика одним, максимум двумя ударами отправляли в нокаут. Их, к сожалению, поблизости нет, да и мир вокруг чужой и новый, но что этот служака со мной сделает? Не станет же он со мной, в конце концов, драться?

Я вскочил на банку и довольно удачно, пятерней оттолкнул близко оказавшееся лицо.

– Стоять и слушать команду! – Подобные типы только и отступают перед командами старших. – Ты чего, баран, оглох?! Тебе ведь ясно сказали: юнга выполняет приказ старпома!

Кажется, теперь до него дошло. Но его морда лица продолжала краснеть все больше, а рука потянула кортик из ножен. Могло произойти все, что угодно. Тем более что я заметил: юнга шагнул чуть в сторону, отвел локоть и приготовился к удару. Не по мне, конечно, а по лицу мичмана.

Вот тут и крикнул посыльный со стороны трапа, ведущего на верхнюю палубу:

– Юнга, к старпому! И гостя туда приглашают!

Я соскочил с банки и поспешил к выходу со словами:

– За мной! Мичман, вас тоже это касается! Будем разбираться в вашей попытке ограбления.