– Ха-ха! За уничтожение людоедов мы готовы брать только половинную плату! – заверил вполне искренне барон. – А некоторые пойдут воевать только за обеспечение. Не любят у нас каннибалов, ох как не любят!.. Да вы ешьте, ешьте! Или, может, еще глоточек этого удивительного по вкусу рома?

Мария неопределенно кивнула, тогда как Эмма сразу придвинула свой бокал. А вот Снажа к этому моменту отошла от шока оскорблений, чего-то там себе надумала, накрутила себя до крайнего бешенства и стала с угрозой приподниматься на стуле:

– Мне кажется, она все врет! Никакая она не императрица и не супруга Михаила! Она – самая настоящая самозванка! Шлюха! Были такие на Дне, шпионившие в пользу гаузов и выполняющие для них самые подлые задания. Миха лично парочку таких уродов уничтожил. И эта на них всем своим поведением похожа. Сейчас она у меня…

Марии оставалось только скорбно вздохнуть и мысленно запричитать: «И как только Борька на такую дуру позарился? Теперь вот еще и ей придется все объяснять и долго доказывать. Потому что простым оглушением или усыплением не обойтись, ребенок может пострадать…»

Но сама по себе мысль о том, что надо все трения устранять задушевной беседой, еще ничем не помогает. Скорей всего, обе Светозарные устроили бы в управлении валухов настоящее побоище, не вмешайся в их противостояние Фэйф. Он сразу накричал на Снажу:

– Как ты себя ведешь?! Вместо того чтобы подавать пример всем своим соратникам и последователям, ты легко поддаешься на провокации! И если уж не ценишь гостеприимство этого дома, то просто представь, как осудил бы твое желание подраться сам Македонский. Представила? Стыдно?

Досталось и гостье:

– А от вашего императорского величества я таких дешевых провокаций тем более не ожидал. Подобными оскорблениями бросаются базарные торговки, и то не переходя при этом крайнюю грань взаимоуважения. Тем более что беременным женщинам вообще вредно волноваться и испытывать нервные стрессы.

Он и дальше говорил без остановки, пока боевой запал не пропал у обеих Светозарных. Под конец ужина они хоть и смотрели друг на друга без особой симпатии, но уже общались вполне нормально, без попыток оскорбить или унизить.

А там и ночное время приблизилось, которое следовало использовать с толком. Обе гостьи из иного мира попрощались, поблагодарили за гостеприимство, да и поспешили на поверхность, в расположенный там парк для ночных прогулок. Немножко поблуждали, выискивая нужный постамент. Потом повозились, взбираясь на него. Все-таки беременная Эмма уже не настолько ловка и подвижна, как в те времена, когда она служила в полку наемников.