Ночные сумраки наперебой разрывались огненными вспышками орудийных и ружейных выстрелов, которые безжалостно истребляли ряды бежавших вперед афганцев. Сраженные пулями и картечью афганские воины падали во множественном числе под ноги набегавших сзади товарищей, которые ни на секунду не останавливали свой стремительный бег. Это ужасное состязание жизни и смерти во многих случаях выигрывали афганцы, сумевшие несмотря ни на что добежать и даже ворваться во вражеские траншеи, однако общая победа была на стороне персов. Во всех местах, где афганцы сумели прорваться, они были переколоты или отброшены назад.

Потери афганцев были огромны и через четверть часа отчаянной схватки, они стали стремительно отступать, побросав перед траншеями горы холодного оружия, сабли, пики и ножи. Ахмат-шах вновь ждал скорого штурма, но он вновь не последовал.

Было утро второго сентября, когда инженер-капитан Яблочков доложил генералу Евдокимову о благополучном завершении подземных работ. Минная галерея прошла под срединой крепостного рва и на четыре метра ниже уровня горизонта. С большой осторожностью в трех боевых рукавах было установлено 87 пудов пороха, и Евдокимов отдал приказ о штурме крепости 3 сентября.

Слух о русском подкопе давно достиг ушей Ахмат-шаха, но славный воин не смог по достоинству оценить нависшую над ним опасность. Славный меч ислама посчитал, что русские роют узкий проход под стенами крепости, через который может пролезть только один человек и потому, не стал мешать врагу вести подземные работы. Наоборот, Ахмат-шах с нетерпением ждал нападение врага, чтобы внутри крепости нанести персам сокрушительное поражение.

Славный воитель ждал ночного штурма и в очередной раз ошибся. Русский генерал вновь действовал совсем по иному, чем ожидал Ахмат-шах. Ровно в семь часов утра загрохотали пушки "Громогласной" батареи, которые за полтора часа полностью обрушили стену на протяжении двадцати метров и взору изготовившихся к штурму солдат, открылось внутреннее пространство крепости. Не обращая внимания на вражеский огонь, афганцы смело бросились заделывать пролом и после часа кропотливой работы они смогли его завалить, понеся при этом большие потери в людях.

Ахмат-шах лично руководил восстановительными работами разрушенной стены, стянув к предполагаемому месту штурма почти все свое войско. С широко раскрытыми глазами он с нетерпением ждал скорого боя, а он всё не наступал.

Когда ему донесли, что враг обрушил на юго-западную часть стены сильный артиллерийский огонь, гримаса презрения пробежала по лицу воина.