Именно в Порт Росс заговорил с царевичем о вице-кесаре. Пообщавшись с губернатором Саверсе и посмотрев на его деловой подход, напомнил Алексею о его скором отбытии в Россию, и необходимости оставить за себя кесаря. Точнее, раз официально у нас вице-император, значит, и кесарь будет «вице».

— … тебя и оставлю.

Царевич пожал плечами, обмакивая скрученный блин в сметану. Разговор у нас шел за завтраком — пожалуй, единственное время, где удавалось уединиться.

— Меня нельзя. Мыслю, сам поймешь отчего.

Алексей откусил очередной кусок завтрака и продемонстрировал наплевательское отношение к аристократизму.

— Ш. ак ы фузна. т нико!

Продолжил ехидно смотреть на облизывающего пальцы царевича. Блины он любил, особенно с медом и сметаной. Сладкоежка. Наконец, самодержец включил мозги вместе с манерами. Принял позу «проглотившего кол», с сожалением посмотрел на стопку оставшихся блинов и вытер руки мокрым полотенцем.

— Не можно… то верно. Не утаить. Но ты ведь не просто так выспрашиваешь?

Кивнул, предлагая Алексею строить дальше логические цепочки. Царевич еще чуток подумал, бросил полотенце на край стола.

— Окромя губернаторов больше некого. Мыслишь, и средь них соревнование провести?

— Мыслю, оно уже идет. Посмотри, кто да как свои команды подготовил, у кого помощники уже воспитаны, книги казенные глянь, а к закрытию игр и объяви о своей милости. Все одно губернаторы на закрытие игр в столицу съедутся. Самое время будет.

Вставая, царевич глянул на меня весело.

— Ты, никак, уже присмотрел кого?!

Качнул головой.

— Надобно всех посмотреть пристрастно. Рано пока…

Выбираясь от стола, Алексей бросил

— Вот и присматривай…

Такой подход к серьезному вопросу меня несколько покоробил. Царевич уже шел к дверям, когда меня слегка прорвало.

— Алексей Петрович! Негоже так. Неведомо на кого, дело жизни оставлять! А как порушит все от усердия?!

Самодержец вернулся от дверей к столу, посмотрел на меня долгим взглядом.