Но русские сорвали подлый план, разгромив воздушный натиск своим непревзойденным оружием, избегнув ядерной войны с Америкой и сработав руками своего союзника – Ирака, который они способны вполне надежно контролировать военным сотрудничеством. Огромные военные силы, которые янки отныне вынуждены держать в Саудовской Аравии ради ее защиты, лишь крепче привязывают Багдад к Москве. Теперь русские смогут открыть Европе путь к ресурсам Персидского залива, не спрашивая позволения США, и это ускорит распад НАТО. Отныне европейцам особенно невыгодно портить отношения с Северным Медведем. А это решает русскую, иранскую и иракскую проблему вложений в их экономики. Ведь тот, кто имеет власть над арабо-персидской нефтью, имеет ее и над Западной Европой и Японией, которые стали рабами не только нефти, но и, следовательно, державы, которая ее контролирует».

А в это время Москва объяснила Тегерану и Багдаду: она не пойдет на ядерную войну и прямое столкновение с Америкой, однако всегда поможет союзникам кадрами и техникой в случае агрессии Вашингтона.

Вскоре в Багдаде открылся первый конгресс Великой Дуги. И сотни телекамер транслировали в мировой эфир речь Имперского Вождя, такую грозную и непривычную после долгих лет сонно-коммунистического бормотания:

– …Пять веков Запад был нашим врагом, периодически пытаясь истребить великую нашу культуру. Не только православно-восточнославянскую, но и мусульманскую. Наше терпение иссякло. Сегодня моя страна осознает себя особой цивилизацией и отталкивает прочь западные соблазны. Мы начинаем очищаться от наносной скверны, лившейся на нас несколько веков. Мы отрицаем ценности их «свободного мира». И возведем свой мир – огня и стали, сильных страстей и тысячелетней веры! Мы дадим народам истинную свободу. Мы откроем врата в грядущее. В будущее истинно человеческое, а не скотское.

Мы никогда не отречемся от наследия Советского Союза. Мы никогда не оскорбим памяти тех, кто возводил крепости нашей военной и промышленной мощи ценою своих жизней. И воины Великой Отечественной навеки будут жить в наших сердцах. От красного, советского прошлого мы возьмем все самое лучшее. Мы воздвигнем памятник примирению Белой и Красной России во имя строительства России грядущего.

Мы возьмем все, что делает Империю сильной, а ее людей – здоровыми, стойкими и умными. Возьмем и пойдем вперед с пылающим факелом в руках, туда, куда зовут нас голоса предков!

Вождь прервался, собираясь с силами, и камера показала его крупным планом – большая, бритая наголо голова, плотно сжатые челюсти, одержимые глаза, устремленные чуть вверх – словно глядящие сквозь объектив. И вдруг он вперил горящий взор прямо в камеру, выбросив вперед руку с откинутым, словно штык, указательным пальцем: