Мы заходили в храмы и в хижины, нас никто не останавливал, смотрели на петушиные бои, наблюдали за праздничными и религиозными церемониями, которые проходили весь день и всю ночь. Я вернулся в отель только в пять утра. Местные боги любят удовольствия, и жители острова молятся им без страха, но c любовью.
Мы заходили в храмы и в хижины, нас никто не останавливал, смотрели на петушиные бои, наблюдали за праздничными и религиозными церемониями, которые проходили весь день и всю ночь. Я вернулся в отель только в пять утра. Местные боги любят удовольствия, и жители острова молятся им без страха, но c любовью.
Мы заходили в храмы и в хижины, нас никто не останавливал, смотрели на петушиные бои, наблюдали за праздничными и религиозными церемониями, которые проходили весь день и всю ночь. Я вернулся в отель только в пять утра. Местные боги любят удовольствия, и жители острова молятся им без страха, но c любовью.Однажды ночью Шпис и я увидели высокую амазонку, которая танцевала при свете факела. Ее маленький сын повторял все ее движения. Время от времени танцовщице делал замечания какой-то молодой человек. Позже оказалось, что это был ее отец. Шпис спросил, сколько ему лет.
– А когда было землетрясение?
– Двенадцать лет назад, – ответил Шпис.
– К тому времени у меня уже было трое женатых детей, – решив, что ответил не до конца, мужчина продолжил: – Мне уже две тысячи долларов, – и пояснил, что ровно такую сумму он истратил за всю свою жизнь.
Во многих деревнях я видел совершенно новые лимузины, которые использовали как курятники. Я спросил об этом Шписа.
– Дело в том, что деревни управляются по коммунистическому принципу. Все деньги, которые они зарабатывают, продавая скот, сохраняются в виде фонда общих сбережений, которые через несколько лет превращаются в солидную сумму. И вот однажды один предприимчивый продавец автомобилей предложил им купить несколько «кадиллаков». Первые пару дней довольные жители деревень катались по всей округе, пока не закончился бензин. И тут они обнаружили, что топливо, которое необходимо машине в течение дня, стоит столько же, сколько они все зарабатывают в течение месяца. Вот они и решили оставить все лимузины в деревнях и использовать в качестве курятников.
Юмор у местных жителей ничем не отличался от нашего. Они шутили о сексе, их язык был полон трюизмов[109] и игры слов. Я проверил чувство юмора молодого официанта в отеле.
– А почему курица ходит?
Официант с презрением посмотрел на меня.
– Да все знают почему, – сказал он переводчику.
– Ну хорошо, а что было сначала – курица или яйцо?