Постепенно стало приходить осознание того, что Меган обладает столь сильным характером и настолько уверена в себе, что считает себя равной любому другому живому человеку, независимо от того, кто он и каково его положение. Она чувствует себя достаточно сильной благодаря вере в себя, чтобы нападать на кого угодно, включая королеву, и считать себя полностью вправе вести переговоры с кем угодно, включая Ее Величество, как будто они равны. Хотя многие круги в Соединенных Штатах считают такое отношение достойным восхищения, внутри британского истеблишмента оно рассматривалось как омерзительная мания величия. «Никоим образом и ни в какой форме, - объяснил член королевский семьи, - Гарри никогда не счел бы себя равным королеве. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кто именно считает себя равной королеве. Я умираю от стыда за этого молодого человека. Для меня выше понимания - как он вообще мог позволить этой женщине сделать подобное заявление, используя его имя».

Именно здесь мы видим, как типичная американская точка зрения о равенстве всех сходится с позицией антимонархистов в Соединенном Королевстве. Они тоже считают всех равными и не могут понять, почему должность главы государства должна быть наследственной. Антимонархисты хотят, чтобы она была открыта для всех, и республиканцы даже предположили, что Дэвид Бекхэм будет лучшим главой страны, чем королева Елизавета II. Чего они не понимают, так это того, что, даже когда наследственный элемент устранен, равенство является лишь условным понятием, поскольку глава государства в республиканском или марксистском обществе занимает там уникальное положение и обычно признается чем-то отдельным от остальных граждан. Тот факт, что Меган не уважала своего собственного президента, укрепляет ее веру в то, что должность главы государства - это всего лишь одна из должностей и что она, будучи признанной активисткой, имеет полное право бороться за нее. Для людей, которые восхищаются расширением прав, очевидно, что Меган выросла в наделенную властью женщину, которая не уважает ни одного человека или должность так сильно, как свое право прокладывать собственный путь. Тот факт, что она теперь атаковала королеву Елизавету II, мягко говоря, внушал благоговейный трепет. Герцогиня заслужила признание за то, что решила относиться к монарху как к простому человеку, с которым она имеет дело, но такое отношение вызвало потрясение во многих британских кругах, не в последнюю очередь в прессе, которая вскоре поняла, насколько могущественной и находчивой может быть Меган, когда надевает свой «мыслительный колпак». Сразу же после «сложения полномочий» она и Гарри сделали заявление, в котором объявили, что они приостановят систему ротации. Это было все равно что подложить боевую гранату под всю систему СМИ.