Конечно, казалось, что дело было именно в этом. Но Меган и Гарри не были готовы просто заменить беспристрастную систему той, которая была им ближе и которую им было бы легче контролировать. Они двигались к еще более драконовскому средству, потому что Гарри испытывает бешеную и иррациональную ненависть к прессе, обвиняя ее в смерти своей матери, в то время как у Меган развилось истерическое неприятие критики в свой адрес, и она объявила, что все это основано на расизме, сексизме, женоненавистничестве, ревности, зависти и чем угодно еще, кроме справедливых оценок. Ее вера в себя была настолько твердой, что она просто не могла осознать того, что некоторые критические замечания могут быть стоящими.

Теперь Гарри и Меган воспользовались возможностью унизить своих противников и представить себя жертвами. Они обвинили авторитетные органы британской прессы в том, что те - лицемерные лжецы и мошенники, которые злонамеренно искажают и перевирают их действия. Заявили, что «хотели бы перепрофилировать и расширить доступ к выполнению ими своей работы» и что будут «приглашать специализированные средства массовой информации на конкретные мероприятия/встречи, чтобы обеспечить более широкий доступ к своей деятельности, ориентированной на конкретные цели, расширяя спектр освещения в новостях». Для британской прессы это было лицемерным кощунством, потому что они ограничивали доступ, отсекали всех мейнстримовых журналистов, выбирая вместо них только ручных, которые будут сообщать о деятельности Сассексов так, как нравится им. Или, как выразились Гарри и Меган, «заслуживающие доверия средства массовой информации, сосредоточенные на объективном освещении ключевых моментов и событий». Что на самом деле означало: репортажи в североамериканском стиле, то есть мы даем вам информацию, вы добросовестно повторяете наши слова и активно продвигаете нас - или вы свободны!

Неудивительно, что ведущие СМИ были возмущены этим маневром, нацеленным на то, чтобы лишить их того доступа, на который до этого они имели право согласно давно установившейся практике. Но Меган умна и придумала способ помешать своим противникам так, как никто другой из королевской семьи никогда еще не делал. Для людей, которые хотят контролировать свой публичный образ, она в одночасье превратилась в нечто вроде героини.

Мне достоверно известно, что Меган и Гарри опасались, и не без оснований, что британская пресса в противном случае может саботировать их хорошо продуманные стратегии повышения своей финансовой и репутационной устойчивости. Они боялись, что средства массовой информации могут указать на потенциально неблагоприятные последствия их коммерческой деятельности для благосостояния монархии. Это может понизить их престиж в США, ослабить их бренд