И. С.: Он сам переводил или с подстрочников?

Ю. К.: Нет, он знал немецкий прекрасно. Он был, конечно, очень талантливый писатель, Коринец, очень. Я бы сказал, что, если говорить про Коринца, если тебе любопытно, он сделал странный какой-то крен, и зря его сделал. Зря сделал такой немножечко просоветский чуть-чуть такой крен. Понимаешь… И может быть, зря. Как-то так… видимо, отчаялся, я так думаю. Видимо, он отчаялся, плохо ему было, думаю я. Ну написал «Остров Большевик», «Остров Пионер», «Остров Комсомолец». Я его как бы за это поругал. Тут начался наш разлад, хотя я его очень любил и сейчас вспоминаю с нежностью. Значит, о чем я?

И. С.: Он отвез ее в Германию, и это сработало…

Ю. К.: Успех первой моей книги в Германии, без всякого сомнения, сработал на Франкфуртской ярмарке. То есть «Приключения Васи Куролесова», переведенные Хансом, купили сразу несколько издательств. И с этого момента стало привычным для них там издавать меня. Таким образом, я был издан почти во всех странах Европы.

И. С; Я уточню — главным образом через издательство «Тинеманн», которое купило мировое право и начало издавать ваши книги по всем странам, правильно?

Ю. К.: Да, это ни в коем случае не наши, это издательство «Тинеманн».

И. С.: В этом были и свои минусы, потому что они переводили на другие языки с немецкого. Юмор при этом сильно терял, я думаю.

Ю. К.: Да. Но тут ничего не сделаешь… А сейчас выходит книжка в Японии.

И. С.: Скажите же мне: как могло случиться, что в других странах книги издавали и переиздавали по нескольку раз, а в России при этом почти ничего не переиздавалось? Ю. К.: Что тут сделаешь? Дело в том, что «Пять похищенных монахов» вышли, можно сказать, первыми-то в ФРГ. Вроде уже был сигнал из ФРГ, а здесь еще книжка не выходила. Они же быстро делают.

И. С.: Можно ли сказать, что в России вам при этом не очень хорошо жилось?

Ю. К.: Нет-нет-нет. Конечно, нет.

И. С.: То есть потихонечку издавали и издавали по книжке в год.

Ю. К.: Да. Правда, меня чуть было не запретили в восемьдесят пятом году. После выхода «Недопёска». И. С.: Все-таки Камир его выпустил, но потом ему дали по башке…