До Хрустальной ночи (Kristallnacht) в Берлине оставалось всего 20 дней. Через океан в недельном такте Тейтель и Гольденвейзер обсуждают общеполитическую ситуацию и практические схемы работы комитетов в Париже, Ницце и Брюсселе, куда переехал Е. А. Каплун, в прошлом член правления Союза русских евреев, в быстро меняющихся условиях, а также вопросы эффективного использования средств: на помощь тем, кто прибывает в Париж, или поддержку тех, кто не может по разным причинам покинуть Берлин и фактически беспомощен перед обстоятельствами? Выходец из среды либеральной интеллигенции, А. Гольденвейзер, гуманист и демократ, дистанцируется от опасности отождествления Гитлера со всеми немцами. Это следует из его письма Тейтелю от 29 октября 1938 года:

«Нужно стараться освободиться от пристрастий и личных раздражений и обид – пытаться смотреть на события глазами летописца. И пуще всего нужно избегать соблазна стать «анти-Гитлером», т.е. начать относиться к Гитлеру и к немцам так, как Гитлер относится к евреям. Не трогает меня и то, что чехи из союзников советской России превратились в союзников Германии. «История рассудит, кто прав и кто виноват», – как сказал в прощальной своей речи Бенеш. Но я в ужасе от мысли о страданиях новых беженцев и новых меньшинств, на спинах которых выносятся все эти исторические споры. Положение в самой Германии становится также нетерпимым. Сегодня пришли сообщения о безобразиях, творимых поляками и немцами с польскими евреями, жившими в Германии. Стыд и позор»720.

Мог ли предположить Гольденвейзер, что до начала самой кровавой войны ХХ столетия оставалось меньше года? Опасность Гитлера предвидели в канун войны многие, но масштаб трагедии был непредсказуем. О настроении еврейских эмигрантов в Европе мы узнаем из письма Гольденвейзеру от бывшего члена Союза русских евреев, юриста и издателя Б. И. Элькина от 8 октября 1938 г.: