…Когда речь идет о судьбе Англии во второй половине XI века, то всегда приводится судьба народа англосаксов, оказавшихся под владычеством Вильгельма Завоевателя. Оценка его деятельности, как монарха-чужеземца, различна. Здесь интересно мнение английского историка сэра Фрэнка М. Стентона, чей труд «Англосаксонская Англия», увидел свет в Оксфорде в 1971 году. Он пишет следующее:

«…По меньшей мере, можно сказать, что для среднего англичанина, жившего в период между восшествием на престол короля Эдуарда и смертью короля Вильгельма, Завоевание должно было представляться несказанным бедствием.

Возможно, крестьяне как класс пострадали меньше тех, кто занимал более высокое социальное положение… появление нормандцев не внесло серьезных изменений в устройство сельского общества.

Для слоя танов Завоевание повлекло за собой не только материальные последствия проигранной войны, но и потерю их привилегий и уважения, которыми они пользовались. Тан, в 1066 г. заключивший мир с Завоевателем, тем не менее существовал в окружении непривычном и недружественном. Политическая система времен его юности была разрушена; он стал подданным короля-иноземца; он каждую минуту должен был ощущать власть иноземной аристократии, которая смотрела на него – на него и его ближних – в лучшем случае со снисходительным безразличием…

Без сомнения, у него было чувство, что после Завоевания руководство английскими делами приняло новый оборот…

На протяжении всего правления Эдуарда Англия находилась под угрозой; чтобы выжить, она полагалась на военную организацию, недостатки которой показали последние события. Инициатива постоянно принадлежала ее врагам; у нее никогда не было настоящего союзника, и еще накануне смерти Эдуарда она перестала быть заметным фактором европейской политики.

Получившие английское наследство нормандцы были народом суровым и жестоким. Из всех западных народов они были ближе всего к варварам. Они мало что сделали в области искусства или знания и ничего сравнимого с творениями англичан в литературе. Однако политически они стали хозяевами их мира».

…После коронации, устроив королевские дела в Лондоне и пока не опасаясь восстаний англосаксов, Вильгельм Завоеватель с триумфом отправился в родную для него Нормандию. Он решил отплыть на своем флагманском корабле «Мора» не из, скажем, Лондона или Дувра, а именно из Певенси. Это было символично: отсюда начиналось завоевание Англии.

В заливе Певенси по повелению короля зимовала часть флота армии вторжения. Спрашивается, зачем? Ответ прост: Вильгельм понимал неустроенность личной власти в завоеванной стране и не хотел, как говорят моряки, «рубить концы», то есть лишать себя пути отступления в Нормандию, случись для него большая беда на острове. Путь же обратно был только один – через пролив Ла-Манш.