Вообще экстрим практикуется в фильме как биологически активная добавка (БАД), без которой даже и запретная страсть покажется пресной. Перескочив из Кузнецка (1857 год) в Петербург (1860-й), минуя Тверь и литературные дела тех времен, Достоевский попадает в новый треугольник. Обнаруживается какое-то болезненное любопытство авторов картины к пряным и пикантным ситуациям – когда неверные любовники, мужья и жены бывают застигнуты врасплох, в самый неподходящий момент. Мания адюльтера будто преследует авторов картины, являя игривый лейтмотив.

Главное, что происходит в сериале с Достоевским по возвращении в Петербург после десятилетия каторги и ссылки, это его постоянные ссоры с больной женой (она мстительно называет его то каторжником, то – издевательски – Гоголем, в пику мужу читает вслух Тургенева, ставя в пример успешного писателя) и встречи с другом молодости доктором Степаном Яновским (Дмитрий Певцов). Знакомство Достоевского с женой Яновского актрисой Александрой Шуберт (Дарья Мороз) обставлено как предвкушение неизбежного адюльтера: доктор то и дело обнаруживает свою Сашу целующейся с их общим другом Федором Михайловичем, актриса пытается соблазнить писателя, зовет ехать с ней в Москву и готова оставить мужа. Федор Михайлович, хотя и ценит тесное общение с актрисой, и восхищается ею, честно отбивается от любовного натиска дамы, ссылаясь на законы дружбы (Дарья Мороз убедительно сыграла хищную искательницу приключений).

Но откуда взялась в сериале интрига подобного сорта? Письма А.И. Шуберт к Достоевскому не сохранились, три письма Достоевского к ней весны-лета 1860 года невинны, их уважительный тон говорит о сердечной дружбе, но не более. «Как я счастлив, что Вы так благородно и нежно ко мне доверчивы; вот так друг! Я откровенно Вам говорю: я Вас люблю очень и горячо, до того, что сам Вам сказал, что не влюблен в Вас, потому что дорожил Вашим правильным мнением обо мне и, Боже мой, как горевал, когда мне показалось, что Вы лишили меня Вашей доверенности; винил себя» (28, кн. 2: 14).

Для того, однако, чтобы увлеченность Достоевского и легкий флирт со стороны Шуберт получили пикантное наполнение, авторы фильма создают удобную конструкцию: сердобольный доктор Яновский, заметив болезненность Марии Дмитриевны, слыша ее подозрительный кашель, в знак дружбы к ее мужу берется за обследование больной, проводит лечение, достает дорогие лекарства, становится по сути дела домашним врачом. Достоевский же и Сашенька Шуберт, пользуясь полной свободой, заняты друг другом и движутся к опасной грани. Эффект достигнут, дон-жуанский список Достоевского пополнен. Эпидемия неверностей, вакханалия измен нужна, объясняют авторы картины, для сугубой драматизации сюжета, для оживления образа, являя собой особый киноязык, средство экранной выразительности. Однако нарочитое стремление к скандалу выдает себя грубыми подтасовками: бронзу с памятника гения обдирают вместе с кожей и костями.