Создание и выращивание бактерий остроинфекционных заболеваний, разработка способов их распространения (сброс авиабомб с блохами, носителями бактерий, заражение воды, пищи, скота и растений) велись в широком масштабе. 1 декабря 1949 г. генерал армии О. Ямада показал: «…в 1945 г. в связи с успешным завершением всех подготовительных работ по усовершенствованию наиболее эффективных способов применения бактериологического оружия наступил период массового производства бактериологического оружия в целях его практического применения в любом направлении по первому указанию императорской ставки».

На этом основании и в соответствии с указанием заместителя военного министра Японии в марте 1945 г. О. Ямада отдал распоряжение об увеличении массового производства бактериологического оружия отрядами № 731 и № 100. Производство средств для бактериологической войны, а также численность грызунов и блох достигла колоссальных масштабов. С санкции О. Ямады массовой ловлей крыс, мышей и их доставкой в отряды занимались практически все наземные части КГВ и даже члены семей сотрудников отряда[607]. По приказанию С. Исии также увеличился штат вольнонаемного состава отрядов, в задачу которого входило разводить мышей. Грызуны использовались «для разведения блох, предназначенных для использования бактерий чумы».

Бывший начальник интендантской части отряда № 731 подпоручик Р. Хотта показал на суде, что к сентябрю 1945 г. С. Исии рассчитывал использовать для этой цели около 3 млн мышей[608]. Ранее, на допросе 20 октября 1949 г. в г. Хабаровске, военнопленный признал, что ежемесячно (по август 1945 г. включительно – С.Т.) для проведения экспериментов использовалось 600 тыс. мышей; осуществлялся сбор тараканов, которые также являлись разносчиками чумы. Кроме того, «для производства сыпнотифозной вакцины требовалось большое количество куриных яиц, которые интендантский отдел закупал по всей Маньчжурии». В частности, «было приказано закупить 1 500 000 штук, чтобы обеспечить вакциной всю Квантунскую армию»[609].

Японская фабрика смерти

После многочисленных опытов и экспериментов японская сторона приняла чумных блох в качестве одного из самых эффективных видов бактериологического оружия. Их можно было рассеивать с самолетов в специальных фарфоровых бомбах, начинять артиллерийские снаряды, распылять из письменных автоматических ручек, прятать в потайные отверстия трости для ходьбы при совершении наземных диверсий и т. п.[610] Опыты по проверке действенности бактериологического оружия проводились в лабораторных и полигонных условиях. По показаниям свидетелей и обвиняемых, преступные опыты на людях были в отрядах «обычным делом». Для этого применялись возбудители брюшного тифа, паратифа, дизентерии, нарывного газа. Если испытуемый выживал, на нем проверялись другие бациллы, пока не наступала смерть. В целях эффективности опытов пища для заключенных, приготовленная в кухне тюрьмы, была вполне питательной и достаточной по количеству.