– Я уже писал графу Моркову в ответ на его письмо, что меня удивили и странный тон первого консула в разговоре с вами, и замашки министра Талейрана. Получается, что то, о чем мы говорили раньше и о чем условились, не учитывается. Министр внешних сношений Талейран, возбужденный страшными успехами французского оружия, слишком высокомерен с графом Морковым. Поэтому я настаиваю на твердости, смешанной с разумом согласия…

Граф Николай Петрович Румянцев, вернувшись из ссылки, сохранил к памяти императора Павла светлые чувства. Он навестил вдовствующую императрицу. Мария Федоровна как бы между прочим сказала Николаю Петровичу, что Александр спрашивал у нее, как движутся дела у графа Румянцева на новом месте.

Граф Румянцев понял намек и тут же попросил аудиенции у императора. В назначенный срок Николай Петрович явился на прием.

– Ваше величество, как-то вы спрашивали меня о том, как движутся наши дела с водными сооружениями. В то время я только начинал этим заниматься. А сейчас могу подробнее ответить на ваш запрос. Я не замедлил распределить заведование водяными сообщениями между четырьмя членами департамента. Вскоре каждый из них, изучив тщательно вопрос, доложил мне, что для успешной работы не хватает отечественных техников. Вы также помните и о том, что, будучи за границей в качестве посланника, по наказу Екатерины Великой я занимался подбором нужных кадров для нашей промышленности и торговли, кое-какие связи у меня остались, мы послали в Англию и Францию людей для изучения производства гидравлических и других работ. А главным образом мы занимались окончанием работ, начатых нашими предшественниками, и планируем новые сооружения каналов Березинского, Вельевского, Ивановского, Мариинского и Огинского, Свирского, Северо-Екатерининского и Тихвинского, а вместе с тем начали расчистку фарватеров многих рек для улучшения по ним судоходства, как то: по рекам Бугу, Волхову, Западной Двине, Дону, Москве, Суре, Упе.

– Вы, граф, затеяли огромное дело, столь необходимое нам и для торговли, и для других коммерческих сделок, – сказал Александр I, приглашая графа Румянцева садиться поближе к столу.

– Ваше величество, – громче заговорил Николай Петрович, вспомнив о легкой глухоте императора, полученной от стрельбы из пушек. – Мы принимаем меры, государь, к нарезке и устройству бечевников, необходимых для тяги судов по каналам. Года через два, по сведениям департамента, начнет действовать водопровод в городе Москве из Мытищ, а в Петербурге – Лиговский канал, снабжавший водою Таврический сад, при нем будет устроен и Обводной канал. Так что, государь, и наша столица будет обустроена…