«Я работаю ежедневно с государем у него в кабинете, то ранним утром, то вечером, и часто по несколько раз в день, – писал граф Панин. – Если говорить о добродетелях нашего нового повелителя и о чувствах, которые он внушает всем, кто к нему приближается, то я бы никогда не кончил. Это сердце и душа Екатерины II, и все часы дня он исполняет обещание, данное в манифесте» (Архив кн. Воронцова. Кн. 14. С. 149; Материалы для жизнеописания графа Никиты Петровича Панина. Изд. Брикнера. СПб., 1892. Т. 6. С. 4—11).

2 апреля 1801 года император Александр, заняв председательское кресло в Сенате, повелел прочесть и утвердить пять манифестов: 1) о восстановлении жалованной дворянству грамоты; 2) о восстановлении городового положения и грамоты, данной городам; 3) о свободном отпуске российских произведений за границу, об оставлении сбора пошлин с оных на прежнем основании и о предоставлении казенным поселянам пользоваться лесами, в чем они были затруднены лесным ведомством; 4) об уничтожении Тайной экспедиции и о ведении дел, производившихся в оной, в Сенате; 5) об облегчении участи преступников и о сложении казенных взысканий до 1000 рублей.

В мае императору Александру донесли, что английские суда подошли к Ревельскому порту, не имеют никакого неприязненного покушения на территорию России и вскоре вернутся к своим берегам. Граф Никита Панин, Платон Зубов, все сторонники недавнего заговора сообщили императору, что это своего рода сигнал российским властям, что пора вновь вернуться к переговорам и прежде всего пора снять эмбарго с судов английских купцов. Александр I приказал начать переговоры о заключении торгового договора. Вскоре после этого графом Паниным и лордом Сент-Геленсом была подписана конвенция о взаимной дружбе с Великобританией.

Конвенция о взаимной дружбе России и Великобритании озадачила первого консула Франции Бонапарта – совсем недавно у него начали налаживаться отношения с императором Павлом I, он приодел русских военнопленных и отправил их в Россию, за что получил от императора Российской державы восторженную благодарность. Неожиданная смерть императора поразила его. Только потом он узнал подробности этой внезапной кончины, что, впрочем, не изменило его намерений продолжать благоприятные отношения с Россией. К Александру I был направлен доверенный адъютант генерал Жерар Дюрок в качестве посланника со всеми полномочиями.

В начале мая генерал Дюрок прибыл в Петербург, граф Никита Панин его принял, доложил императору о результатах предварительных переговоров. 7 мая генерал Дюрок был представлен императору, состоялась короткая беседа, в ходе которой Дюрок передал поздравления первого консула Бонапарта с восхождением Александра I на императорский престол. Генерал Дюрок хорошо знал, что Россия, столь богатая несметными природными богатствами, нужна Франции, и он готов был остаться до сентября, чтобы поехать в Москву и присутствовать на коронации императора.