Статья «Дневник писателя» фактически выполняла одновременно и функцию вступительной статьи к первому номеру журнала, и функцию предисловия к задуманной в 1915 году в Дорнахе многотомной эпопее «Моя жизнь» (или «Я»)[631]. В этом плане показательно, что именно после того, как все же было принято решение передвинуть «Дневник писателя» из начала номера ближе к концу, Белому потребовалось срочно написать «Вместо предисловия» к эпопее «Я». В письме Алянскому от 28 февраля 1919 года он, извиняясь, все же настаивал на том, чтобы «Вместо предисловия» поместили перед повестью: «Если по условиям печати возможно предпослать это краткое предисловие к „Я“, то очень прошу его напечатать»[632].

Просьба Белого была удовлетворена, и датированное февралем 1919 года «Вместо предисловия» появилось в журнале[633].

Думается, что именно в последних числах февраля было принято окончательное решение и о переименовании журнала, и об изменении его структуры. Вместо отнесенного ближе к концу журнала «Дневника писателя» понадобилась новая передовица, которая тоже была заказана Белому. Как и предыдущая, она должна была коррелировать с названием журнала. Белый назвал ее «Записки мечтателей»[634].

Журнал так и вышел с двумя вступительными статьями Андрея Белого. Видимо, по техническим причинам уже нельзя было внести правку в набранную статью «Дневник писателя», и она сохранила очевидные признаки передовицы, что выглядело несколько нелепо. Так, например, Белый в «Дневнике писателя» извинялся за «дидактический тон этих первых вступительных слов»: «<…> он — то „здравствуйте, как поживаете“, без которого не обойдешься»[635].

Естественно, возникает вопрос — кому и зачем потребовалось так резко и губительно для структуры номера менять название журнала? Есть ли связь между изменением названия и концепцией журнала? И наконец, кто был инициатором и автором названия «Записки мечтателей»?

Большая часть этих вопросов обречена остаться без ответа, но все же некоторые гипотетические соображения по этому поводу можно привести.

Напомним, что Алянский писал в мемуарах, что «было предложено много названий, и в конце концов все согласились принять название, предложенное Блоком, — „Записки мечтателей“. Предлагая такое имя альманаху, Александр Александрович говорил, что оно отвечает творчеству писателей „Алконоста“, обращенному к будущему»[636]. И вновь отметим странность, даже маловероятность этого утверждения. В сохранившихся текстах Блока никакой рефлексии по поводу названия журнала не зафиксировано. В его записных книжках за 1918–1919 годы название журнала Алянского упоминается очень редко, лишь в связи с необходимостью приготовить материал для журнала или получить корректуры. В декабре 1918 года, когда Белому уже была заказана статья «Дневник писателя», Блок называет журнал «Дневниками писателей» (запись за 25 декабря[637]). В марте 1919 года, когда название журнала уже было изменено, он называет журнал «Записками мечтателей» (запись за 17 марта[638]). Создается впечатление, что Блок, занятый своими делами, просто соглашался с поступавшими предложениями.